Воздух

«Паронитовые братья…»

Паронитовые братья

Пили уксус на дворе,

Говорили о погоде

В предстоящем сентябре.

Будет дождь, нет будет жарко,

Будет снег, нет духота,

Паронитовые братья

Простояли до утра.

Я нет, я еще по кружке,

Уксус кончился и тут

Паронитовые братья

Бух на землю, в землю плюх.

На дворе большом просторном

Возвели мемориал,

А сентябрь между тем

Никогда не наступал.

Иван Троегубов и его нелепая смерть

Иван Троегубов восходит на гору,

Томим интеллектом, пьянством и славой.

Иван Троегубов великий мыслитель,

Знаток всех религий и тайных соблазнов.

В походке его гениальности почерк,

В глазах его блеск предвестник свободы.

Иван Троегубов от мира уходит,

Чтоб насладиться царством природы.

Томимый соблазном во всем быть свободным,

Он выбрал свой путь наверх к небесам,

И чьи—то руки Ивана возносят,

И чьи—то губы припадают к ногам.

Иван как мыслитель плюет на них сверху

И смотрит, как жадно все лижут плевки,

И он поднимает голову к верху

И произносит: «В этом все вы».

Я буду птицей летать в поднебесье,

Я буду соколом плыть над землей,

Прочь, к небесам, от смрада и грязи,

Иван Троегубов – последний герой.

Оставшись один, он сидит на вершине,

Голодный, больной, не причесан и хмур.

Я одинок, я ничтожен и жалок,

Где же, ты, мой вселенский Амур?

Утроба Ивана наполнилась скорбью,

И он зарыдал, как раненый зверь,

Я жаждал свободы, как птица полета,

Но для чего же она мне теперь?

Теперь я свободен, но чувствую тяжесть

Теперь я велик, но величия нет,

Теперь я ничтожен на фоне природы,

Я мал, как лягушка, я гадок, как червь.

Глотнувши из фляжки целебного пойла,

Утоляющей жажду водицы живой,

Уснул Троегубов, но вскоре проснулся

Разбитым, несчастным, с больной головой.

Луна освещала окрестные скалы,

Звезды смотрели Ивану в глаза,

И волчья стая напротив стояла

И песнь распевала на все голоса.

Иван Троегубов опешил от страха,

Прочь, дикие звери, я гений, поэт,

Художник, мыслитель, я светоч эпохи,

Любимый народом философ, эстет.

Но кончилась песня, голодные твари

Сожрали мыслителя дум роковых.

Так дико, нелепо и страшно

Помер Иван Троегубов,

Но все же Иван Троегубов

Живей всех живых.