Госпожа Кофе

Я уже видела нас в аэропорту, том самом, по глянцевому полу которого ступал своей дорогой обувью Сережа Минкин, приближаясь к трапу, чтобы потом, приземлившись уже в Хитроу, быть застреленным в упор. Насколько же непредсказуема жизнь, и кто бы мог подумать, что так все сложится.

Я даже видела себя уже сидящей возле иллюминатора, рядом с Тимуром (моя рука в его руке), и разглядывающей пухлые белые облака, проплывающие под нами. Вот стюардесса несет нам бутылку шампанского, которое мы распиваем вдвоем, закусывая горьким шоколадом: за нас двоих, за нашу любовь, за наших будущих детей.

– Валя, прими мои соболезнования. Если бы ты только знала, какая ты сегодня красивая. В этом платье. Держись, я приеду к тебе сегодня вечером. Поздно. Мне правда жаль Серегу, но он всегда ходил по самому краю, и все, кто его знал, только об этом и говорят.

– Тимур, ты любишь меня? – прошептала я, глотая слезы.

– Да, я очень люблю тебя. Я приеду к тебе сегодня, говорю же.

Я не могла ему сказать, что у него все равно ничего не получится. Уж если не получилось за целую жизнь, то почему получится сейчас? Так не бывает. Если у человека нет коммерческой жилки, то и нечего ему лезть в бизнес и тем более вкладывать чужие деньги в свои идеи, которые в конечном счете оказываются нежизнеспособными. Не могла и не сказала.

– Тебе тоже надо побыть одной, прийти в себя.

Что он такое говорит? Как можно прийти в себя, когда его нет рядом?

Решение пришло само. Неизвестно откуда. Вернее, это было следствием долгих размышлений, направленных на одно: спасение Тимура. Дача. Мой загородный дом. Теперь, когда Сережи не было и меня никто не мог бы остановить в моем решении, мне захотелось сперва осмотреть мою собственность, перед тем как выставить ее на продажу. Поэтому сразу после поминок, которые я устроила в офисе компании, которой руководил Сережа, я, чтобы не оставаться одной дома, поехала в Пристанное.

Было прохладно, моросил мелкий и теплый весенний дождик. Когда я въехала в поселок, совсем стемнело. Конечно, мне было бы куда легче, если бы со мной был Тимур. Но пока что он официально принадлежал Альмире, а потому я должна была набраться сил и терпения и ждать, ждать, когда же он придет ко мне навсегда.