Солнце, что следует за Луной. Ожидание

Словно знал еще до своего рождения, за тысячи лет… Словно прошел сквозь вечность только ради того, чтобы снова встретиться с тобой.

–Прошу вас, герцог, вы должны уйти, – пыталась спастись Елена.

– Ну же, принцесса, будьте великодушны. Подарите один поцелуй тому, кто рисковал сегодня своей жизнью только ради того, чтобы увидеть вас, – он проговорил это уже срывавшимся от страсти голосом, склоняясь к ее дрожащим губам.

Елена не могла это остановить. Кольбейн целовал ее, крепко прижимая к себе, словно боясь, что она сбежит.

– Видишь, это неизбежно…, Елена. Ты чувствуешь то же самое…

– Герцог, я…

– Кольбейн…назови меня по имени…, моя…моя любимая…

– Кольбейн… – прошептал Елена в сладостном дурмане.

Повозку качнуло, и Елена открыла глаза. Стоял день, солнце невыносимо жгло. Навес, который Варди соорудил из кусков ткани, купленной в Киле, создавал тень, но не спасал от жары. В горле пересохло. Девушка осмотрелась и лишь сейчас заметила, что возле ее головы лежала сфера с фениксом внутри, подарок болотной ведьмы.

Варди сидел на козлах и смотрел вперед. Лицо его заросло щетиной и загорело, так что он стал походить на одного из морских пиратов, о которых рассказывал старик Берси.

– О, проснулась! – воскликну Варди, заметив, как Елена достала флягу и стала пить.

– Сколько я спала?

–Всего час.

– Час?!

Как за час можно увидеть сон длиною в целую жизнь? Елене казалось, что она спала два дня, не меньше.

Сев рядом с Варди, она взяла из его рук поводья.

– Иди, отдохни. Ты устал. Я поведу Смуглого.

– Нет уж. Наотдыхался на несколько лет вперед с той хворью.

Елена посмотрела на шею друга – шнурок с клыком саблезубого тигра был на месте.

– Чего это ты? – спросил Варди, увидев проскользнувшую улыбку на лице Елены.

– Так, ничего.

Смуглый, наконец-то начищенный и накормленный, бодро бежал по пыльной дороге.

– Вон там, за теми холмами Яссы, – указал Варди вперед рукой. – Часа за три доедем. Переночуем, а завтра будем в Фарсале.

Все, что говорил сейчас Варди, казалось Елене несбыточным и каким–то нереальным. Неужели их странствие наконец–то подходит к концу? Столько всего произошло с момента, как они уехали из поместья Наттеньер.