Две линии судьбы

Хотя… Вроде за мной приехала бабушка, сказала, что мне лучше не быть на похоронах.

– Неужели ты совсем ничего не помнишь?

– Помню только, что в квартире бабушки – вот здесь, в этой квартире – было очень тихо. Я знала, что мои родители и сестра утонули, но представить себе это не могла. Я же не видела их мертвыми.

– Говорят, тела нашли не сразу.

– Не знаю я. Помню, что в доме сильно пахло лекарствами – это моя бабушка болела, к ней без конца приезжала «Скорая». И врачи делали ей уколы. На меня, на девочку, это производило большое впечатление.

– Их хоронили одновременно?

– Конечно. Как же иначе? Валя, давай не будем об этом. Так тяжело все… Думаю, моя жизнь сложилась бы иначе, если бы были живы мои родители. И вместе с сестрой мне было бы не так страшно идти по жизни. Я хоть и помню ее смутно, но без нее моя жизнь какая-то пустая. У меня так и не появилась подруга, близкая подруга, понимаешь?

– Понимаю. А вот у меня в Сургуте были две подруги. Но одна умерла, я тебе рассказала, как жутко все это произошло.

А другая жива, но она вышла замуж и уехала в Сочи. Так хотелось ей пожить в теплых краях, что она вышла замуж за довольно-таки пожилого господина, который приезжал к нам, в Сургут, по делам.

– И как, она счастлива?

– Думаю, да. Она писала мне. Рассказывала, что у них квартира в Сочи и еще какой-то дом, где они размещают туристов летом. И что они хотят превратить свой гараж в двухэтажное строение, чтобы и туда пускать отдыхающих.

Шла стройка, она готовила еду для рабочих, была очень занята, но все равно, выкроила время, чтобы черкнуть мне. И тон ее письма показался мне хорошим, оптимистическим. Может, там любви никакой и нет, но уважение и остальные теплые чувства – есть.

– Вот видишь, она нашла свое счастье в зрелом возрасте.

– Почему в зрелом? Она не намного старше и меня, и тебя.

– А тебе сколько лет?

– Я понимаю, что выгляжу старовато, но моя мама, твоя бабушка, которую ты постоянно упоминаешь, Лидия Козельская, родила меня в тридцать восемь лет.

– И какого же ты года рождения? Напомни, – попросила Соня.

– 1983-го. А ты, как я понимаю, 1985-го?

– Значит, ты старше меня всего-то на два года?! А я тебя все – «тетя» да «тетя»… Послушай, а почему вы с бабушкой практически не общались?

– Да так уж получилось… А она что рассказывала? – как-то особенно грустно, сощурив свои длинные глаза, спросила Валентина.