Солнце, что следует за Луной. Наттеньеры

Красивое маленькое личико и большие глаза в обрамлении темных густых ресниц делали ее похожей на куклу, прелестную, но словно неживую, а вот младший герцог Кольбейн поразил Елену. На портрете ему было не больше десяти лет, но какие же серьезные, пронзительные глаза у него были уже тогда. Эти глаза заставили девушку невольно остановиться и пристально рассмотреть юного герцога. Совсем недетское, сосредоточенное выражение лица не сочеталось с хрупкой фигуркой, в левой руке он сжимал пухленькую ладошку маленькой Гретты, сидящей на коленях у матери.

«Какой серьезный, – подумала Елена, – еще нет той чопорности и надменности, что характерна для лиц матери и старшего брата, может быть, он другой? Возможно ли быть другим в такой-то семье?»

Елена заставила себя отвести глаза от портрета и начать мыть пол.

Уборка дворца занимала большую часть дня, но и обычные обязанности по уходу за коровами, лошадьми и курами никто с Елены не снимал, так что приходилось успевать делать все. Спать она приходила уже глубоко за полночь, усталая валилась на кровать и тут же засыпала.

***

И вот наступил день приезда герцога и высоких гостей. Все с раннего утра были крайне возбуждены и торопились, чтобы успеть доделать свою работу. Гулла бегала по двору с плетями и без конца на всех кричала, особенно доставалось Варди. Весь красный, в мокрой от пота рубахе, он нагружал телеги с углем и отвозил их во дворец.

– Быстрее! Быстрее, неповоротливая скотина! – ругалась Гулла, брызгая слюной.

 – Уже давным-давно надо было загрузить котельную углем. Вечера теперь холодные, и господа могут замерзнуть! И приготовить жаровни, чтобы прогреть все кровати!

Тетушка Магги, которая обычно всегда находила хотя бы минутку, чтобы выйти к Елене на скотный двор, была целиком поглощена делами на кухне. Только старик Берси, казалось, никуда не спешил, он сидел на своем любимом бревне перед конюшней и курил трубку.

– Ишь, как все забегали, – ворчал он себе под нос, выпуская дым.

Елена в это время чистила стойла и не слышала его.

– Зеленоглазая, сегодня даже слугам будет подано угощение в виде дорогого хозяйского вина. Будут разливать перед кухней, а потом можно будет понаблюдать за господами издалека. Ты пойдешь?

–Нет, Берси, – ответила Елена, моя руки в ведре и вытирая пот, градом катившийся по лицу, – мне велено масло сбить.

– Так ты же уже сбивала сегодня утром?! – удивился Берси.

– На кухне не хватает масла для пирожных.