Из развитого в дикий нелепые ШАГИ. Книга вторая

– Мне все равно, Сергей Львович. На данном этапе это фигура условная. А пойдут обороты, посмотрим.

– Какая условная?! Что значит, посмотрим?! – мгновенно вспыхнул Пискунов, – Ты наверно свою дочь хочешь пристроить, Анатолий? – выдвинул он нелепейшее предположение.

– Дурак ты, Вова, – не раздумывая, ответил ему, – Согласен, – тут же мгновенно предвосхитил его реакцию на оскорбление.

– Давно бы так, – поразмыслив, сказал Пискунов и, натянуто улыбнувшись, протянул руку в знак примирения…

В течение недели мы открыли счет в Пороховском отделении «Уникомбанка».

– Отлично, Анатолий Афанасьевич… Очень вовремя. «Невпроекту» надо срочно сбросить деньги. Похоже, фирму придется закрыть, – думая о чем-то своем, невольно проговорился Коробкин. Сидевший рядом со мной Пискунов буквально подпрыгнул от такой новости, но, взяв себя в руки, тут же толкнул меня в бок:

– Тихо, – шепнул он, – Потом поговорим.

– Анатолий Афанасьевич, сколько там требуется на первый платеж Пельману? – спросил Коробкин, все еще не вышедший из состояния прострации.

– Шестьсот тысяч долларов, – ответил ему.

– Так, – уткнулся он в калькулятор, – Это примерно три ярда и двести лимонов. Хорошо, – улыбнулся он, – Здравствуйте, Владимир Александрович, – вдруг заметил он Пискунова.

– Здравствуйте, Сергей Львович, – с иезуитской улыбочкой пожал тот протянутую руку Коробкина.

О чем хотел поговорить со мной Пискунов, так и не узнал, но мне кажется, именно в тот момент, когда проговорился Коробкин, и родилась его первая мошенническая схема, которая и стала прелюдией к развалу наших отношений.

А через неделю я получил заказное письмо из «Уникомбанка»:

«Уважаемый Анатолий Афанасьевич! Извещаем, что на ваш расчетный счет поступили три миллиарда шестьсот миллионов рублей».

Я ликовал – лед тронулся: мы миллиардеры, хоть и рублевые.

Вечером позвонил Пискунов:

– Ты в курсе, что в Пороховский банк поступили деньги?

– Нет, – соврал ему.

– Три с половиной миллиарда, – с придыханием произнес он.

– Ничего себе, – делано восхитился я.

– Говорил, у этого хорька есть деньги, а ты не верил, – в очередной раз упрекнул кум, – Что будем делать? – спросил он.

– А что надо делать?

– Как что?! Осваивать! – взревел кум, – Мы не освоим, другие найдутся… Там уже идет заседание районной администрации. Решают, что делать с такими деньжищами… Мы сейчас с тобой самые богатые люди в районе. Да и братва уже в курсе, – забросал он несусветной информацией.