Плата за свободу

Тем более, что вы жаловались, что надоело отрабатывать удары на «груше», что требуется живой материал, – он показал рукой в сторону побагровевшего «Шило», который лишь открывал рот, но сказать ничего не мог. – Вот вам и «материал» – достаточно живой и достаточно вёрткий. Вам он понравится.

«Спиридон» отошел в дальний угол зала, сел в кресло, взял с журнального столика какой-то журнал и стал листать, не обращая больше никакого внимания ни на «Шило», ни на парней-боксеров.

Парни приблизились к живой «груше». «Шило в ярости зарычал:

– Только посмейте! Кости переломаю! А-а-а, – это он так отреагировал на полученный первый удар в грудную клетку.

Удар был настолько силен, что тот отлетел метра на три и распластался на полу.

Корчась от боли, «Шило» все-таки встал на ноги самостоятельно. И тут началась настоящая молотьба. «Шило» не давали во второй раз упасть, и он отлетал от одного боксера к другому, как резиновый мячик. «Шило» выл, стонал, скрежетал зубами от боли, но ничего не мог поделать: удары сыпались на него, как из рога изобилия.

Чувствовалось, что парни отрабатывают на нем удары самым добросовестным образом.

Минут через пять «Спиридон» оторвался от журнала и спокойно сказал:

– Ребята, вы с ним поосторожнее: как-никак депутат Думы, завтра ему заседать. Нехорошо, если появится наш законодатель с разбитой мордой.

– Не беспокойтесь, шеф, – откликнулся один из боксеров. – Мы свое дело знаем. Мы по правилам ринга, то есть бережно.

– Ну-ну.

«Спиридон» вновь уткнулся в журнал.

«Шило» взвыл. Но теперь уже не от боли, а от унижения. И тотчас же на него с прежней интенсивностью посыпались боксерские удары. Парни обливались потом, но продолжали азартно молотить. «Шило» уже не мог стоять на ногах. И теперь один поддерживал, а другой наносил удары. «Шило» истошно завопил, видимо, собрав все силы:

– «Спиридон», ради Христа избавь меня от этих бегемотов? Убьют же! Умоляю, сделай что-нибудь…

– Что-что? – «Спиридон» встал со своего места, боксеры прекратили молотьбу, «Шило» валялся у них в ногах.

 – Я не ослышался, нет? Кажется, кто-то просил пощады?

«Шило» с трудом поднял голову от пола.

– «Спиридон», кончай туфтить, – еле слышно прохрипел он. – Убьют же, если не остановишь. Пощади. Ну, пожалуйста… Извини меня… Виноват я… И не только перед тобой, а и перед другими братками.

«Спиридон» подошел, склонился над ним.

– Будешь впредь хорошо себя вести? Да?

– Буду… обещаю… – прохрипел он.

– Хорошо, – он обернулся к боксерам.