Плата за свободу

– Откровенность – это мое несчастье, Николай Ильич.

– Ну, будет… Зачем же так-то?

– За плечами – немалый горький опыт. Ваш предшественник сначала тоже подхваливал меня за откровенность суждений. Потом стал говорить везде, что я его подсиживаю, что мечу на его место. С маниакальной настойчивостью распространял слухи. Я, конечно, говорил ему, что…

– Что подсиживаешь? – Краснов, улыбаясь, смотрел ему в глаза.

– Об этом, – Чайковский шутку не принял, – у меня и в мыслях не было. Просто: с глазу на глаз говорил откровенно все, что думаю, по тем или иным его шагам.

– Ну-ка, очень интересно, – Краснов улыбался.

– Я сказал ему, что не стоит вступать в какие-либо контакты с ОПС «Уралмаш», точнее – с его лидерами.

– И что же?

– Краевский еще больше озлился. Он сказал, чтобы я не лез не в свои дела… Больше не откровенничал.

– Понятно. Хочешь и я отвечу откровенностью на откровенность?

– Как хотите, – пожав плечами, ответил Чайковский.

– Когда мне предложили эту должность, то я не сразу согласился…

– Почему?

– Я знал, что встретят меня в главном управлении, по меньшей мере, настороженно.

– Почему?

– Причина одна: между нашими ведомствами всегда существовала незримая черта.

– А я считал, что мы с вами из одного ведомства – МВД.

– Хм… Теоретически, это так. Однако на практике территориальная полиция всегда ревниво относилась к нам, транспортникам. Так было всегда… Своего рода, конкуренция.

Чайковский возразил:

– Вы преувеличиваете.

– Ну, не надо, Павел Павлович. Вы при первом же удобном случае нам, как говорится, подкладывали жирнющую свинью.

– Повторяю: я таких фактов не знаю.

Тут Чайковский сказал неправду: он, проработавший столько лет в территориальных органах, не раз сталкивался с неким противодействием, неким недоверием территориальной полиции к транспортной. Конечно, все это сказывалось не на официальном, а больше на личностном уровне. Но тем не менее… Начальник Среднеуральского управления внутренних дел на транспорте ревниво следил за успехами и неуспехами своих коллег в области.

Краснов сказал:

– Два года назад, например, ОБЭП из главного управления, фактически, спровоцировал на получение взятки старшим лейтенантом полиции аэропорта «Кольцово»… Нет, это был далеко, как говорится, не дружественный шаг.

– Разве самого факта преступления не было?

– Не спорю: факт имел место.