Я иду по ковру

Линчевский рассказывал, после выхода номера в печатный орган собственной персоной пожаловал архиепископ Кондратий, заключил талантливого борзописца в объятия и запечатлел на его ланитах торжественный поцелуй. Фотограф «Вечерки» событие отразил, и теперь снимок занимал почетное место среди прочих над столом Марка. Показывая фото каждому свежему посетителю, знаменитый журналист двусмысленно поясняет: «А тут меня Кондрат обнял». Женька говорит, Корнев и на радио марку держал: по мешку писем в неделю получал – больше всех.

Да и сейчас наши дамы в учительской его репортажи обсуждают – недели не проходит. И само имя-то какое рельефное: Марк Корнев! Обязательно споткнешься и представишь того, о ком говоришь. Не какой-нибудь Витя Мухин – произнес и не заметил.

…И вот этот просто легендарный человек, не дожидаясь, пока уйдет Москвина, встает от компьютера и первым протягивает мне ладонь:

– Hовая кровь! Пора, пора…

Благоговейно ответив на рукопожатие и ощущая необходимость заполнить возникшую паузу, я брякнул первое попавшееся:

– Я часто вас по телевизору смотрю, Марк… извините, не знаю отчества…

– Нет, старик, – разочарованно ответил Корнев, – так не пойдет.

На будущее тебе – у журналистов отчеств не бывает. Зови меня просто Марк и «на ты». Лады?

– Лады.

– Стол твой вон, – показал Марк и игриво добавил: – Инесса, ты не против, если рядом молодой и красивый сидеть будет?

– Ва бене, – равнодушно отозвалась Инесса.

– Вы.., то есть ты итальянский знаешь? – обрадовался я, некогда самостоятельно пытавшийся изучать язык на почве увлечения певцами Апеннинского полуострова.

Инесса, пресытившаяся к тому времени разглядыванием фасонов одежды, тягостно вздохнула.

– Она в Университете дружбы народов имени Патриса Лумумбы училась, – ответил за Инессу Аркадий.

– Только ее оттуда попросили, – весело подхватил Марк. – Сокровище, расскажи новому коллеге, за какие такие злодеяния тебя из Лумумбы поперли.

– Ой, Марк, иди на фиг, как будто ты не знаешь! – отмахнулась Инесса.

– Новый коллега тоже должен знать, – настаивал Корнев. – Мы же одна команда, а от членов команды секретов быть не должно.

– Ну, сына одного африканского борца за мир чуркой назвала.

– Ай-яй-яй, – притворно ужаснулся Марк. – За что же ты его так?

– Тупой потому что. За три года русский язык выучить толком не смог, хоть кол на голове теши!

– Душа моя, – успокаивающе заговорил Корнев, – но ты ведь тоже там ни одного языка не выучила.