Из «Краледворской рукописи» В. Ганки и Й. Линды

Долго, долго жили мы в покое;

Было все кругом благополучно;

Да поднялась от востока буря,

А поднялась ради дщери ханской,

Что за злато немцы погубили,

За жемчуг, за дороги каменья.

Дочь Кублая, красотой что месяц,

О землях на Западе узнала,

И узнала, что в них много люду:

Собиралась в дальнюю дорогу

Поглядеть житье-бытье чужое.

С нею десять юношей срядилось

Да еще две девы молодые.

Было все потребное готово.

Тут они на быстрых сели коней

И свой путь по солнышку держали.

Как заря перед восходом блещет

Над густыми темными лесами:

Так блестела дочь Кублая хана,

Красотой блестела и нарядом,

Золотой она парчей покрылась,

Лебедину шею обнажила,

Дорогим увешалась каменьем.

Ханской дочери дивились немцы,

На ее сокровища польстились;

Выжидать засели на дороге

И в лесу Кублаевну убили,

Все богатство ханское побрали.

Как про то услышал хан татарский,

Что с его Кублаевной случилось:

Собирал несметные он рати

И пошел, куда уходит солнце.

Короли на Западе узнали,

Что Кублай готовится ударить:

Перемолвились, набрали войско

И поехали навстречу к хану;

Становили стан среди равнины,

Становили, поджидали хана.

Вот Кублай сбирает чародеев,

Звездочетов, знахарей, шаманов,

Чтоб они решили ворожбою,

Будет ли, не будет ли победа.

Притекли толпами чародеи,

Звездочеты, знахари, шаманы;

Расступившись, кругом становились,

Положили черный шест на землю,

Разломили надвое, назвали

Половину именем Кублая,

А другую назвали врагами;

Стародавние запели песни;

Тут шесты затеяли сраженье:

Шест Кублая вышел цел из бою.

Зашумели в радости татары,

На коней садилися ретивых –

И рядами становилось войско.

Христиане ворожбы не знали,

А пошли на басурманов просто:

Сколько силы, столько и отваги!

Загремела первая тут битва.

Задождили стрелы, будто ливень,

Треск от копий, словно рокот грома,

Блеск мечей, что молния из тучи.

Обе стороны рубились крепко

И одна другой не уступала.

Вдруг татар шатнули христиане

И совсем бы смяли супостатов:

Да пришли к ним чародеи снова

И шесты народу показали.

Тут опять татары разъярились,

В христиан ударили свирепо

И погнали их перед собою,

Словно псы испуганного зверя.

Здесь шелом, там щит железный брошен;

Там несется конь с вождем убитым,

Что ногою в стремени повиснул.

Здесь один вотще с врагами бьется,

Там другой помилованья просит.