Ведьмин глаз

– Поня-ятно, – протянул сын, – ну и отпуск нынче у папы….

– А что делать? – вздохнула Лидия Владимировна, – родители – это святое. Правда, сынок?

– Это точно, – согласился он, – сама ты как себя чувствуешь?

– Согласно паспортным данным, – пошутила Лидия Владимировна, – в пределах нормы. А ты чего не в аське?

– Да у нас инет заглючил.

Лидия Владимировна улыбнулась. Она уже привыкла ко всем этим словечкам, а ведь было время когда она совершенно не понимала, о чем речь: все эти «аськи, девайсы, ники…» – приводили ее в ужас.

А теперь вот привыкла.

– Мам, я завтра с Олей к ним на дачу еду, а там сети нет, так что ты не беспокойся, что звонить не буду. – Сын говорил ласково и довольно – рад, что едет в гости, – а как вернусь, так тебе позвоню. Это уже в воскресенье только. Лады?

– Хорошо, – машинально согласилась Лидия Владимировна, но тут же спохватилась, – постой, как завтра? Завтра же пятница, а работа? Ты же работаешь!

– Пропущу один день, – несколько рассеянно произнес сын.

– Как пропустишь? – забеспокоилась мать, – Сынок, так нельзя, работа – это…, – договорить она не успевает.

– Мам, перестань, я все понимаю. С начальником я уже договорился, наоборот, он даже рад, потому что ему нужно, чтобы я поработал в следующие выходные. Я поэтому и беру эту пятницу…, – в голосе сына чувствовалось легкое раздражение.

«Конечно, он уже совсем взрослый, а я все учу его каким-то прописным истинам», – подумала Лидия Владимировна, и вслух торопливо произнесла:

– Ладно, ладно, я поняла.

Извини, я же не знала, что ты договорился….

– А ты думала, что я просто прогуливаю? Как школьник? – теперь в голосе сына ей послышалась легкая покровительственная насмешка. Да что ж это такое? Неужели она совсем уже никуда не годится? Лидии Владимировне стало обидно и, боясь, что сейчас расплачется, она постаралась закончить разговор:

– Нет, конечно, я так просто. Ладно, малыш, пока. Привет Ольге и ее родителям. Звони потом. Целую.

– И я тебя целую. Пока, мам. Я позвоню.

Закрыв крышку мобильного, Лидия Владимировна обнаружила, что все-таки плачет.

Хорошо, что никого нет в кабинете. Потому что объяснить сейчас свои слезы невозможно. Ну, вырос сын, встал взрослым, не нужны ему замечания твои и контроль твой не нужен. Так это же нормально. Более того, это правильно. Лидия Владимировна осторожно вытерла влагу со своей щеки. Обидно только, что это происходит именно тогда, когда женщина стареет и становится, в общем-то, уже никому не нужна.