Сказки дядюшки Римуса (сборник)

А Братец Лис лежит тихо.

Кролик кричит:

– Если не пустишь, я буду бодаться!

Боднул Чучелко – и голова прилипла. Тогда Лис выскочил из-под куста.

– Как поживаешь, Братец Кролик? – говорит Лис. – Да что ж ты не здороваешься со мною?

Повалился Лис на землю и ну смеяться. Уж он хохотал, хохотал, даже в боку закололо.

– Ну, сегодня-то мы пообедаем вместе, Братец Кролик! Нынче я и укроп припас, так что ты у меня не отвертишься, – сказал Лис.

…Тут дядюшка Римус замолчал и стал вынимать из золы картошку.

– Старый Лис съел Братца Кролика? – спросил мальчик дядюшку Римуса.

– А кто их знает, – ответил старик. – Сказка-то кончена. Кто говорит – Братец Медведь пришёл, его выручил, а кто говорит – нет. Слышишь, мама зовёт тебя. Беги, дружок.

Храбрый Братец Опоссум

– Как-то ночью, – сказал дядюшка Римус, посадив мальчика к себе на колени и задумчиво поглаживая его по волосам, – как-то ночью Братец Опоссум зашёл к Братцу Еноту; опростали[1 - Опроста?ть – опорожнить, удалить содержимое из чего-нибудь.

] они большую миску тушёной моркови, выкурили по сигаре, а потом отправились погулять, посмотреть, как поживают соседи. Братец Енот – всё трусцой да трусцой, Братец Опоссум – вприскочку да вприпрыжку. Опоссум до отвала наелся фиников[2 - Фи?ники – съедобные плоды финиковой пальмы, распространены на Ближнем Востоке.], а Енот наглотался вволю лягушек и головастиков.

Гуляли они, гуляли. Вдруг слышат – где-то в лесу сама с собой толкует собака.

– Вдруг она кинется на нас, Братец Опоссум. Что мы будем делать? – спросил Енот.

Опоссум только усмехнулся:

– Ну уж я не дам тебя в обиду, Братец Енот. А ты что будешь делать?

– Кто? Я? – сказал Енот. – Пусть попробует, сунется только – все рёбра пересчитаю!

А собака увидала их и не стала тратить времени зря. Она и здороваться не стала.

Прямо кинулась на них – и всё тут.

Братец Опоссум в ту же минуту осклабился[3 - Оскла?биться – широко улыбнуться, показав зубы.

], рот до ушей, и кувырнулся на спину, будто мёртвый.

А Енот – тот мастер был драться. Подмял под себя собаку и ну трепать. Правду сказать, от собаки не много осталось, а то, что осталось, вырвалось – и наутёк, в самую чащу, будто кто пальнул из ружья.

Вот Братец Енот привёл свой костюм в порядок, встряхнулся, а Братец Опоссум всё лежал как мёртвый. Потом осторожно привстал, огляделся да как бросится бежать, только пятки засверкали.