Черниговка. Исторические портреты

Не сказавши ни слова семье, полковник обратился к писарю и сказал:

– Пане писарю! Швидше бiжи i пиши унiверсальнi листа до всiх сотникiв: нехай незабаром з’iздяться до Чернiгова з виборними козаками[2 - Выборные казаки – зажиточные казаки, которые могли отправить в войско вооруженного всадника; остальные казаки считались подпомощниками, т. к. снаряжали одного всадника от нескольких казаков-подпомощников.] iз своiх сотень. Поход буде. Припиши ще: которий забариться i не прибуде в термiн, той не утече значного вiйськового карання.

А вас, панове суддя i обозний, я покличу. Розговор з вами буде. Пан гетьман ординуе наш полк в Заднiпре на Дорошенка.

Старшины ушли. Полковник вошел из сеней в просторную комнату, уставленную по окраине стены лавками, покрытыми черною кожею, несколькими креслами с высокими спинками и двумя столами, покрытыми цветными коврами. Служитель снял с него верхнее платье. Тогда полковник поцеловался с женою, потом с детьми, которые, подходя к отцу, прежде кланялись ему до земли, а потом целовали ему руку.

Полковник приказал служителю подать трубку и расселся в кресле близ стола.

Полковница, матерая женщина лет за сорок, в парчовом кораблике на голове и в зеленой, вышитой серебром сукне, спросила мужа, не прикажет ли он подать что-нибудь поесть и выпить. Полковник поморщился, сказал, что он на дороге поел, а до ужина недалеко, но потом, подумавши, попросил выпить терновки. Ему подала на подносе вошедшая прислужница. Полковник выпил, поставил серебряную чарку на поднос и спросил жену:

– Був хто у нас без мене?

– Новий воевода приiздив, – сказала полковница.

– Який же вiн з виду? – спросил полковник.

– Так собi чоловiчок, – отвечала полковница, – не дуже старий, не дуже молодий; лице йому червоне, трохи дзюбане. А хто його зна, що воно таке есть! Я спитала його: чи гаразд йому домiвка здалася; вiн одвiтив, що добра, i зараз почав сам себе вихваляти. «Зо мною, – каже, – уживетесь, бо я чоловiк простий, i правдивий, i з душi, – каже, – полюбив народ ваш малоросiйський.

Дай Бог, щоб ви мене так полюбили, як я вас». Потiм почав говорити по-божественному, про церкви розпитовав, хвалив тебе, що усердствует Божiй церквi i храми будуеш.

– Вони, – сказав полковник, – усi такi ласкавi, як до нас приiдуть, а обживуться – так i не такими стануть.

– А я вже, – сказала, переминаясь, полковница, – i про сього прочула не дуже добрую рiч.

– Що таке прочула? – спросил напряженно полковник.