Возмездие

замахав руками, жалобно заскулил:

– Зря разволновались, дяденька. Не бережете Вы себя. Кто ж отказывается помочь сердобольным, только народ нынче мелкий пошел, спились до скотской угодливости, собственный забор не в состоянии подправить. Кого спасать, если все по лужам расположились?

Петр, несколько сникнув, в задумчивости остановился, и тогда от кресла послышался голос Данилы:

– Принцип православия, в отличие от других учений, утверждает, что постулат «отдать» намного сильней, чем «взять». У русских крепость веры пропорциональна унижению.

Вова поймал пробегавшего Пятачка за хвост, и плаксиво пожаловался:

– Ага, справились с малолеткой, рады. Мне, может, тоже хочется какого-нибудь толстого проктолога истребить во благо, а вы мне тут разговорами мудрыми мешаете. Все, дед, последний раз спрашиваю, вот сейчас идешь со мной на прогулку?

Данила аж опешил от подобной наглости.

– Тьфу на тебя, балабол юродивый, – проворчал он растерянно.

– Вот так всегда, поэта каждый норовит обидеть, – уже от самой двери пристыдил Вова.

На улице, покрутившись около дома и не находя занятия своей кипучей натуре, выскочил к набережной и наперегонки с преследующим Пятачком побежал по тротуару. За углом его явно заинтересовала машина ГАИ и стоявшие в засаде двое милиционеров. Выбрав для беседы одного из них, постарше, с автоматом наперевес, смело вступил в диалог:

– Дяденька военный, а вы, небось, здесь бандитов ловите?

Представитель закона с любопытством осмотрел возникшего перед ним мальчика с огромным черным котом у ног.

– Что-то поздно ты гуляешь, сынок, – почти ласково произнес милиционер. Тут же из-за поворота на бешеной скорости вылетел «Мерседес». Второй гаишник, выскочив на дорогу, замахал жезлом, пытаясь остановить дерзкого нарушителя. Но машина, не сбавляя скорости, пронеслась мимо, даже не стараясь притормозить. Ребенок посочувствовал.

– Не слушают вас, щипачей дорожных, видать, не уважают, – и бодро посоветовал: – а Вы стреляйте, дяденька, стреляйте.

И пожилой навскидку от живота веером распорол тишину затяжной очередью вслед уходящим габаритам.

– Ты сдурел Георгии! – дико заорал обомлевший от неожиданности напарник. И заметив, как вильнувшая машина, визжа тормозами, ткнулась бампером в бордюр, запричитал: – Убил, небось, бандючков! – И в спешке бросился к автомобилю.