Максимовна и гуманоиды

ГЛАВА ПЯТАЯ

КАК КОЛЯ ШУМАХЕР ИНОПЛАНЕТНЫЙ КОРАБЛЬ НА МЕТАЛЛОЛОМ СДАЛ

Звук трактора и свет фар в окнах, заставил Семёна Гутенморгена оторваться от торжественного тоста, который он репетировал, целую неделю, по случаю наступления нового года. Поставив на стол, доверху наполненный бокал с шипящим шампанским, он нервно сказал:

– Да чтоб вас… Кого это еще там черт принес?

Не испытывая радости от появления нежданного визитера, Гутенморген, вылез из— за стола, и направился встречать гостя.

Выйдя на улицу, Семён увидел счастливого Кольку Шумахера, который пребывал подшофе. Тот улыбался на всю ширину рта, стараясь хоть как— то возбудить деловой интерес инвестора.

– Во, видал! Принимай Сеня, железину! Такой добрины у тебя отродясь не было, – сказал Шумахер, густо пыхтя дефицитным «Беломором».

– Ты, что Колян, в своем репертуаре! Не мог потерпеть до утра? Новый год же! – сказал Гутенморген. – Я уже за столом сидел, слушал приветствие президента Путина, а ты, мне весь кайф испортил! Как я, на ночь, глядя, это корыто буду взвешивать? Его же сначала надо болгаркой или сваркой на куски порезать, а потом и оценивать по факту.

– Ты, Сеня, не волновайся! Тазик сейчас – деньги потом! Отдашь, как оприходуешь! А сейчас забирай! Спрячь в свой ангар! Не дай бог, кто—то кроме меня его в район утащит, там он будет больше стоить, – сказал торжествуя Шумахер!

– А, что это за хрень такая? – спросил Семён, откусывая моченое наливное яблочко.

– Это, Сеня, межгалактический дирижбабель, изготовленный из молочной ванны сыроваренного завода.

Ты ведь Кулибина из Худолеевки знаешь?

– Ну, знаю! Он в моем металлоломе частенько себе детали разные выискивает! – ответил Семён Гутенморген, ощупывая блестящие бока огромной тарелки.

– Ну, так это он сделал! Решил нас перед Новым годом, как лохов развести. Карапузов своих типа в «инопланетные» тряпки нарядил, и на карнавал прикатил. Ну, типа они инопланетяне, а теперь мечтает первое место получить!

– Во, как, – сказал Гутенморген, – а наши «гуманоиды» чем хуже?!

– Ну, и я говорю, что наши мужики и бабы не хуже этих худолеевских! Митяй в репку нарядился.

Приклеил к шапке банный веник, ходит по клубу и всем говорит, что это у него ботва из макушки растет.

– А, ну так бы и сказал – сказал Семён Гутенморген. – А я думаю, что это за хреновина такая? Я тебе сейчас для начала дам тысяч десять. А потом, когда разрежу его автогеном и перевешу, то получишь еще.