Максимовна и гуманоиды

Её жизненный век по каким— то неизвестным причинам начал стремительный отсчет в обратную сторону. От таких перемен у неё даже захватывало дух. Еще вчера, кожа на её руках была дряблая, и до ужаса тонкая. А сегодня – сегодня она дышала молодостью и первозданной красотой, как в те годы, когда она ходила в девках. Последнюю ночь стали ей сниться удивительные сны. Такие сны обычно снятся тогда, когда молодость и жажда любви ежеминутно будоражат женскую плоть. Эти природные инстинкты с каждым часом всё больше и больше стали доводить старуху, стараясь разорвать её сердце любовной страстью.

На третий день, после очередного эротического сновидения, Максимовна вскочила с кровати, и взглянула на себя в старинное трюмо. Там, в жалком и холодном куске стекла, стояла не старая кляча, а очаровательная молодуха – лет двадцати пяти. Максимовна не поверила глазам. Она скинула с себя льняную самотканую рубаху, и в этот миг увидела «возродившееся тело».

Её молочные железы, ранее напоминавшие «крымские чебуреки», стали вдруг аппетитными и упругими, словно были половинками сочного яблока.

Они приятно высились на её груди, придавая образ объекта для вдохновения художникам, поэтам и тем, кто жаждал любви и кипучей страсти. Кожа стала упругой и бархатной, а ноги, несколько лет страдавшие подагрой, выправились так, что даже шишки на её суставах бесследно рассосались.

«Боже, праведный – что это, – промолвила Максимовна себе под нос. – Это как так получается?!» – хотела в голос спросить себя Балалайкина.

Но в этот миг, её рот выдал удивительно чистый и приятный уху звук. Тот звук, который был у неё в те времена, когда она была молода и хороша собой.

Собственный голос настолько перепугал старуху – молодуху, что от страха она закрылась в хате на все засовы. Занавесив все окна старыми одеялами, она спряталась за стенами, чтобы здесь в тишине, пережить свалившиеся на неё природные изменения.

«Боже мой! Стыд – то какой! Бабы своим глазам не поверят» – сказала Максимовна, расхаживая по дому в обнаженном виде.

В этот миг она поняла, что её новый образ начинает нравиться ей, больше, чем, то старое и разбитое болезнями тело. Целый день она любовалась своей обновленной фигурой, которая прямо на её глазах набирало необычайную сочность и сексуальную привлекательность. Ягодичный отдел приятно округлился, а тело вытянулось, словно морковка сорта амстердамская.

Недельное отсутствие Максимовны в сельпо, насторожило в округе всех местных жителей.