Его весна. Восхождение

В таких случаях надо срочно вызывать дежурного врача, что Инна и сделала, нажав на посту кнопку вызова. Через минуту в отделение вошла молодая симпатичная доктор весьма похожая на шуструю девчонку.

– Что случилось? – обратилась она к Инне. Та указала на больного. – Так, понимаю. Это о нем говорили на пятиминутке. – Доктор послушала грудную клетку, легкие и сердце. – Сделай инъекцию, – она назвала лекарство, – хотя теперь уже бесполезно.

Инна сделал инъекцию. Потом поставили капельницу. Состояние больного не улучшалось.

– А вы и есть тот самый медбрат с четвертого курса? – немного с иронией взглянув на Ивана, произнесла молодой доктор. – Это у вас первый тяжелый случай?

– Первый, – подтвердил Иван, – то есть теоретически я понимаю, что с больным, но видеть в живую не приходилось. Можно я тоже послушаю его.

– Конечно, послушай. Очень характерная картина. Запомнишь на всю жизнь.

Иван взял свой фонендоскоп и подошел к больному. Слушал долго и тщательно.

Доктор держала больного за руку, щупая пульс. Инна стояла в стороне от них, понимая, что дальше – дело врачей. Надо заметить, что на практике в медицинских учреждениях всегда есть определенная дистанция между медицинской сестрой и врачом. Никто об этом не договаривался, но это было так. Прошел еще час или чуть больше и больной перестал дышать.

– Все, скончался, – сказал кто-то из больных, лежащих в этой палате.

– Да, – подтвердила доктор, – давайте приберем здесь все.

Инна принялась за дело: удалила капельницу и вынесла штатив в коридор, убрала остатки ампулы, шприц и все, что оставалось на тумбочке. Затем они втроем выкатили кровать с умершим сначала в коридор, затем в конференц-зал. Оказывается, так делали всегда, когда кто-либо умирал в отделении. Через несколько часов покойного отправят в морг, а пока его тело будет оставаться в конференц-зале, главное, что не в палате. Инна собрала все, что было в тумбочке умершего, и положила в отдельный пакет.

Это следовало передать родственникам. Инна была удручена случившимся.

Доктор взяла историю болезни покойного и обратилась к Ивану:

– Ну, что, коллега, пойдем в ординаторскую, там в спокойной обстановке составим эпикриз. Ты писал когда-нибудь посмертный эпикриз?

– Нет, не приходилось.

– Тогда тем более. Для тебя будет хорошая практика. А сестричка пока подежурит за двоих. Ладно? Ну, вот и хорошо. Пойдем, Иван.