Пятёрка. Повесть

Если на пути у него не встанет ещё более сильный характер, каковым является Егор. Удивило сегодня тренера его поведение: Ларионов изменил себе, вступив с ним в перепалку. Для него не существует в хоккее «не могу» и «не получается». Он просто стёр их своим трудом. Он действительно не умеет всего, но у него манера такая – чистый хитрый хоккей. Один для другого – хорошее дополнение, но чтобы понять это, им нужно время.

Матвей Захаров

Пришёл домой, бросил клюшку под порогом и протопал мимо кухни в ванную.

– Здороваться не учили?! – девчоночий голосок.

– Отвали! – он сосредоточился на своём отражении в зеркале. Иссиня-чёрные глаза, зрачок почти не отличить от радужной оболочки. Брови домиком от природы. Перебитый нос, из-за которого в скором времени предстоит пережить операцию. Буквально два дня до неё осталось. Но его интересовала нижняя часть лица – щёки и подбородок. Принялся ощупывать себя руками, пытаясь что-то обнаружить. Наконец, улыбнулся и мысленно поздравил себя. С сегодняшнего дня будет бриться по-настоящему, не то, что раньше – махнул два раза и готово.

– Сам стирай! – отозвалась сестра. – Я тебе не домработница! Иди обедать!

Матвей умылся и утёрся чистым полотенцем. Погасил свет в ванной и отправился в просторную кухню, откуда пахло жареным мясом. Ольга научилась готовить в раннем детстве, когда они остались без мамы, и делала это превосходно.

– Почему ты один сегодня? Где твой товарищ? – сестра, похожая на него один в один, поставила перед ним жаркое и вручила вилку, опускаясь рядом на табуретку.

– Некогда ему, – посмотрел на неё внимательно, а потом воткнул вилку в ароматный свиной кусочек. – 1 сентября папа объявит на тренировке, кого из нас вызовут в первую команду. Наш мужик, – имел в виду своего наставника, – боится, что нашу пару разломают.

– Есть основания так думать? – приятный низкий голос, выдающий хозяйку за умную и в то же время развязную.

– К сожалению, есть, – он замолчал, продолжая работать вилкой.

– Не ори! – взяла на тон выше него и вскочила из-за стола, сдёрнула альбом и унеслась в комнату.

– Я сожгу на фиг эти фотки! – рявкнул вслед Матвей.

– Не имеешь права! Это папина память! – раздалось в ответ.

– Вместе с ними вся ваша память сгорит!

– Это же мама! – попыталась воззвать к его разуму Ольга.

– Мама?! – он чуть не опрокинул стол на себя.