Господин Никто

А больше всего он сейчас ненавидел Ирину за то, что у него возникнут такие проблемы, неудачное решение которых может привести его к полному финансовому краху. Влад отлично знал, что без Сашки ему не справиться с делами фирмы. Пухов был в их совместном бизнесе головой, а он, Влад – шеей. Найти такую новую голову невозможно. И более того – опасно. Кроме Сашки, которого он знал с первого курса института, Влад никому больше не доверял. Ирина спиной почувствовала враждебный взгляд Влада и съежилась. Больше всего ей хотелось, чтобы все поскорее ушли, и она осталась у могилы одна.

Поскольку гроб был закрыт, то его сразу же, без обычного прощания с покойным, медленно опустили в глубокую могилу. И все присутствующие поочередно, боясь поскользнуться на мокрой траве и упасть в открытую яму, осторожно проходили по ее краю и бросали на крышку гроба по горсти мелких, сырых комочков земли. Могильщики быстро забросали гроб землей, и вскоре на кладбище вырос новый могильный холмик. Влад воткнул в него высокий деревянный крест и процесс похорон на этом закончился.

– Как же так? – растерянно спрашивала их тетя Маруся. – А помянуть то? Мы же поминальный стол приготовили. Не по-христиански это.

– Мы его сами помянем, на работе…, вечером. Когда дела закончим, – пряча от нее глаза, за всех ответил ей Влад. Но все прекрасно слышали, как он громко произнес название ресторана, где им, видимо, были заказаны поминки.

«Ах ты сволочь! – с возмущением взглянула на Влада оскорбленная до глубины души Ирина. – Забыл, как признавался мне в любви. Ты и Сашу-то женил на мне, чтобы потом меня своей любовницей сделать».

Но гордость не позволяла ей произнести вслух ни одного слова. Отец Ирины стоял, опустив голову, глядя прямо перед собой на могилу, словно все происходящее сейчас к нему не имело никакого отношения, но по его подергивающейся щеке, плотно сжатым в узкую полоску бледным губам Ирина поняла, как ему больно за дочь.

– Ничего, папа. Переживем, – с трудом проглотила она подступивший к горлу комок. – Понимаешь, они считают меня виноватой в гибели Саши. Но один Бог мне судья и вот он, – кивнула Ирина на могильный холмик.

– Тетя Маруся! – повернулась она к доброй старой женщине. – Давайте соберем всех соседей, кто окажется дома. Сашу многие знали.