Книга песочницы. Рассказы и повести

Соискатели ботвяного клада подустали и зарюхались носами в гнилозём, Федя сдал своих попутчиков, их посадили и теперь пришёл черёд свести счеты с Личностью.

«Покажи мне пятку, и я скажу, кто твой друг».

Личность показала пятку и была профессионально, чисто по-кагэбистски схвачена за лодыжку и стянута вниз на расправу. Те, кто прежде ушёл, вернулись, дабы принять участие в моргии.

Клячкин сделал Личности чудесную татуировку на спине (смотри схему телевизора «Рассвет-304»), ботвокопатели отпихивали друг друга и, визжа, колотили Личность ботинками в харю, вышедшие на свободу лбы и мадам, осужденная за простительную туцию, выдёргивали волосы низверженной парившей гадости.

Федя стоял в стороне и рыдал. Он теперь убедился, что людям нужно для счастья только одного: унизить возвышенную душу.

1997

Таинственные разговоры тех

Морковка – не телефон

Шли, как ни странно, молча. А когда утомились и уселись на лавочку, оно сказало:

– Да, муха это не слон. И даже далеко не слон.

– Почему же, – вяло возразил он, особенно не желая вступать в полемику.

– Ибо ног не топчет, потому и не слон, – агрессивно выпалило оно и от злобы даже закашлялось.

– Вам не топчет, – горько усмехнулся он.

– Это мне—то не топчет? – взвилось оно и приподняло со скамейки подобие зада. – Как раз мне-то и топчет, да еще как!

– Как же? – саркастически скривился он.

– Сильно! – выдохнуло оно, рухнуло обратно на скамью и в бессилии зарыдало. Черепичные уши вздрагивали, поршневой нос заклинивал и хрюкал, пальцы ног нервно вгрызались в грунт.

– Муха – это слон, – злорадствуя, повторил он. Ему не было жаль оппонента. Наоборот, он желал растоптать собеседника, раздавить и размазать по асфальту: вот так, вот так!

– Муха – не слон, – безразлично произнесло оно, обронив на траву скипидарную каплю. Капля повисла в воздухе, а потом вдруг вскрикнула и умерла. Мимо грустно прошагали тараканы.

– Вы продолжаете настаивать на том, что муха это не слон? – наклонил лицо к собеседнику румяный от наслаждения он.

– Не-ет! – из последних сил взвизгнуло оно. – Муха это слон! И слон это муха! Всё! Отстаньте от меня!

– Как бы не так, – оскалил зубы он. – Муха не только слон, но и стрекоза.

– Что—что? – округлило глаза оно. – Что вы сказали?

– Я говорю, что муха это не только слон, – свою фразу он произнес нараспев, как бы любуясь собой со стороны, – муха это еще и кенгуру.

– А—а! – страшно закричало оно.