Подонок (сборник)

– Так какая машина тебя сбила? – сощурился он.

– Черный мерседес, – ответил я, назвав номер.

Гаишник усмехнулся.

– Так что, будем искать? – спросил он.

– Конечно товарищ капитан, – отозвался я, – ущерб-то надо взыскивать. К тому же сейчас по закону арест полагается!

– Полагается, полагается, – едва слышно сказал он, что-то обдумывая, – а потом когда мерсюк найдем, с заявлением не прибежишь?

– Каким заявлением? – не понял я.

– Ну что ты все придумал, и никто в тебя не врезался.

– Я не вру, товарищ милиционер! – возмутился я.

– Верю, что не врешь! – ответил он. – Уж больно номера серьезные. Ну так что, будем оформлять?

– Конечно, – ответил я, подумав, что этот капитан точно выдаст мой домашний адрес толстяку из мерседеса. Ну что ж поделать. Каждый зарабатывает себе на жизнь как может.

Капитан забрал мои документы и пошел к себе в машину, сказав, что позовет меня.

Можно было бы не волноваться, вроде все в порядке. Но я всегда переживаю за доверенность.

Я не знаю, где он. И милиция, которая его ищет, не знает. Он был директором огромной бани на Таллиннской улице и даже одно время депутатом района. Почему и смог стать директором. Я работал у него на этом грузовике, и он делал вид, что платил мне деньги. Конечно, я регулярно за что-то расписывался, но ничего не получал.

– Тебе машину дали? – спрашивал он меня, и сам же отвечал, – Дали! Так вот иди и работай на меня и на себя.

Когда я задолжал за несколько месяцев аренды и он пригрозил отобрать машину, мне пришлось пойти к Сашке Шмелеву и рассказать, что в бане под лестницей черного хода стоит ящик с гранатами, а в кабинете директора хранится пистолет. Гранаты я увидел случайно, когда искал трос для погрузки. А пистолетом он постоянно махал перед моим носом, когда напивался, показывая какой он крутой.

В последний раз я видел этот пистолет, когда следователь показывал его понятым. Я был недалеко и разглядел стальной длинный ствол, идущий от барабана. Он был слишком большой и потому казался не боевым: газовым или просто игрушкой. Но следователь сказал, что тот вполне пригоден для стрельбы настоящими патронами, которых в сейфе было предостаточно.

Павел был невысокого роста, лысый, в то время лет сорока.