Иван-силач

Зачем она работала медсестрой, когда у нее были все шансы стать женой дородного офицера и жить в тепле и достатке, вдали от войны? Иван ощутил неожиданное возбуждение, волна дрожи прокатилась вдоль позвоночника – и ниже. Медсестра закрепила повязку. Неужели ему уже было пора уходить?

Но она вдруг сказала:

– Теперь снимите брюки.

– Минуточку, зачем? – в смущении запротестовал Иван. – Вы сделали перевязку, я должен идти.

– А я должна закончить осмотр. Вы могли повредить ногу. Вот здесь. – Она больно надавила на его бедро.

– Ох! Да.

Она была права. Ведь так? В конце концов, он действительно мог повредить бедро при падении и не заметить ушиба из-за боли в руке.

Медсестра вздохнула.

– Ну, если вы отказываетесь мне помочь…

Она заставила Ивана лечь на спину, сняла с него башмаки, чему он даже не сопротивлялся, а затем начала стаскивать с него штаны.

– Эй! Синяк же на бедре!

– По распоряжению врача я должна провести полный осмотр. – И она решительно сдернула с него исподнее.

Иван попытался оглядеть себя, но не увидел ничего, выбивающегося из нормы, кроме темного синяка – там, где медсестра надавила пальцем. Он чувствовал себя совершенно по-дурацки, лежа голым на койке, с неуместной эрекцией. Иван был растерян и смущен; уставившись на брезентовый палаточный верх, он надеялся, что этот осмотр поскорее закончится, и можно будет натянуть брюки и всю остальную форму и вернуться в свою часть.

Он услышал шорох одежды, а в следующее мгновение медсестра вдруг оказалась на нем верхом, ее полные упругие груди прижались к его щекам.

– Целуй! – повелительно сказала она, прижимая к его губам твердый сосок.

Он подчинился, ошеломленный. Затем она скользнула ниже, оседлала его бедра, уперлась ладонями ему в грудь, и начала раскачиваться, двигаясь вверх и вниз, все быстрее и быстрее. Острые ногти впились в его грудь, словно когти хищной птицы. Он не смог сдержать сладострастный стон. И еще один. Затем время как будто остановилось, и он стал соскальзывать в забытьё.

– Вставай. Вставай и одевайся. Тебя ждут в твоей части.

Иван вынырнул из наваждения, огляделся. Женщина стояла чуть поодаль, одежда – в безукоризненном порядке. Один ее вид заставлял отказаться от возражений. После всего, что было, Иван снова ощутил неловкость, одеваясь под ее пристальным взглядом. А она разглядывала его тело с явным любованием.

– Скажи мне как тебя зовут, – попросила она. – Имя и фамилию.