Тиара скифского царя

В газетах писали, что это открытие равнозначно раскопкам Трои, проведённым Шлиманом лет двадцать пять тому назад.

– Нам какой прок? – повторил я. – Археологи люди скупые и неприхотливые. И у них свои интенданты.

– Вы не понимаете, дядя, – сказал Броня и положил передо мной несколько небольших потемневших от времени и невзгод глиняных статуэток.

– Тогдашние? – с любопытством спросил я.

– Одна, – невозмутимо ответил Броня. – Остальные почти. Угадайте, какая?

Я внимательно изучил статуэтки. Между ними не было никакой разницы.

– Пятый век до Рождества Христова. На венском антикварном аукционе каждая уйдёт за восемьсот рублей, – сказал Броня. – А на лондонском и того дороже.

Чтобы заработать восемьсот рублей, нам с братом надо несколько месяцев колесить по губернии.

– Сходи за графином вишнёвки, – сказал я. – Расскажешь, подлец, во всех подробностях, как ты это делаешь.

ФОГЕЛЬ. Как же я не люблю морские путешествия. Мой несчастный кишечник начинает крутить от одного лишь вида этого чудовища, изрыгающего из своих чресел чёрный угольный дым.

Разрешите представиться: Антон Фогель, крещёный, протестант, мне шестьдесят два года, но я полон сил и энергии, о чём мне любезно напоминают девочки из того самого особняка на Моргентауштрассе, скрытого за ветвями вековых лип, который я посещаю один, порой два раза в неделю.

Я потомственный венский антиквар, оба моих сына поочередно окончили художественную школу в Мюнхене и трудятся бок о бок со мной, так что в этом смысле у меня тоже всё в порядке.

Увы, моя любимая Вена – задворки антикварного мира. Настоящий рынок происходит в Лондоне и в Париже, а в последние годы ещё и в Нью-Йорке. Нам же достаются объедки пиршества, которые неутомимо собирают пронырливые хорваты по всем Балканам и допотопная керамическая рухлядь, которую иногда привозят греческие торговцы из Османской империи.

Исполненный такими печальными мыслями, я покинул здание венского Императорского музея, где проходила триумфальная выставка герра Шлимана «Сокровища Трои» и отправился в контору.

Эльза принесла поднос с кофе, свежими бисквитами и подборкой вырезок из газет, которую ежедневно составляет мой помощник Ференц. Подборка эта всегда посвящена единственной теме – археологические изыскания.