Ничейный миллион

Его в довольно грубой и раздраженной интонации перебил резко вскочивший на ноги Порошин:

– Может, хватит принимать нас за полных дебилов! Я достаточно молчал, ожидая, что в твои планы входит просветить нас. Однако ты, как выяснилось, другого мнения. Поэтому говорю прямо – снизойди объясниться, что за игру ты тут затеял?

Лицо Игоря вытянулось в неподдельном удивлении:

– Я тебя не понимаю…

– О, да ладно? Не строй из себя наивную недотрогу! Ты явно что-то замыслил, – Миша был вне себя от ярости. Он вплотную приблизился к Игорю и безотрывно впился своим взглядом в его глаза, – иначе с какой целью прячешь на чердаке еще одного, а может и нескольких людей?

– Ну, хватит, мальчики! Остыньте! – протиснулась между ними до сих пор не проронившая ни слова Вельветова.

– Каких людей, что за бред… – настаивал на своем ни на шаг не отступивший Игорь.

– Хватит вешать мне лапшу на уши! Думаешь, я сверху грохнулся из-за нехватки адреналина в крови? Врасплох меня застал звук проломившейся ступеньки где-то в районе чердачной лестницы, из-за него я равновесие потерял.

– Может, ты мышку пробегавшую испугался? – попытался подшутить Бутовский, но, увидев передергивающееся от гнева лицо Порошина, тут же добавил: – Я могу ответить на любое из самых унизительнейших оскорблений в свой адрес, но сюда нас пришло трое, и все в этой комнате. Может, стоит переадресовать этот вопрос нашему гению шпионажа? – махнул он рукой в сторону Семеновой.

– Клянусь самым дорогим, что у меня есть – своей младшей сестрой! Я проникла сюда в одиночку! – прокричала девушка, ловя на себе пепелящие взгляды двух парней.

– Если шумел не ваш, не ее и не наш человек, то кто же там тогда? – рассудительно произнесла Оля.

– Может, показалось? – неуверенно высказал теплящуюся надежду Земцов.

– Ну да… всем, – отозвался Игорь.

Повисла угнетающая томительная пауза. Всё хотелось списать на чрезмерную впечатлительность и на почве этого бурно разыгравшуюся фантазию, но здравый смысл подсказывал, что отчетливо прозвучавший треск дерева не плод воображения, его слышали все.

И так как спуск со второго этажа на первый был цел и невредим, получалось, что шум доносился с чердачной лестницы. Всей присутствующей компании стало не по себе. Полное молчание и полумрак в помещении только добавлял дискомфорта. В следующую минуту разрезавший тишину топот пробегающих ног на чердаке снял все вопросы. Там явно кто-то был. Катя почувствовала дрожь по всему телу, у Оли даже вырвался слабый крик.