Блуждающий город. Невероятная история

И в то же мгновенье, как это случится,

Город наш, можно сказать, раздвоится.

Один к одному, но в другом измеренье.

Людей не коснется такое двоенье,

И чтобы в тот Город попасть, вам придётся

Пройти через эти простые воротца…

Наутро вся площадь, что улей, гудела

Но по началу не было смелых.

Пример показал один из Великих:

Вошёл, растворился, неяркие блики

Легкой волною омыли проём,

Лишь Город пустынный все видели в нём,

Но вскоре в воротцах, телесный и зримый,

Великий стоял живой, невредимый.

Толпа всколыхнулась и вновь загудела,

Тогда отыскалось несколько смелых.

Когда появились они из проёма,

Позвали с собою родных и знакомых —

И вскоре вся площадь толпилась в воротцах…

На этом прервать мне рассказ свой придется…

Устали, вижу. На вопросы ваши

Отвечу утром. Быстро отдыхать!

Спросил Серёжка: – Что же было дальше?

– Вопросы завтра. Ужинать! И спать!

Ночные бдения

1

– Ах, девочки, ну как же я устала!

Такой длиннющий и нескладный день.

– Я тоже, кажется, как о благом мечтала

Прилечь хоть на траву, хоть на асфальт – хоть где,

Казалось, что уснула бы мгновенно,

Да вот не спится.

– Как же! Тут уснёшь!

Когда такое вдруг с тобою приключится,

Не то, что спать, меня бросает в дрожь.

– И я боюсь. Чего, сама не знаю.

Всё страшно так запуталось. Боюсь.

– Всё будет хорошо. Ты, Лен, не трусь.

А я вот о другом мечтаю…

– Да знаем мы, о ком мечты твои.

Казалось, спальня алым озарилась,

Так щеки вспыхнули, но всё же удивилась:

– Ну-ну, скажи, о ком мечты мои?

– Про Лёшку я.

Мы с Таней всё заметили давно:

Ведь любишь ты. Скажи, не запирайся,

Ведь любишь?

– Да, – сказала. – Но…

– Без всяких но. Любите на здоровье. Счастливая!

– И что ты в нём нашла?

– Когда ещё я глупая была,

Однажды тоже мучилась любовью.

– Как это, мучилась?

– А разве не мученье,

Когда любовь придёт к тебе в пять лет,

И твой любимый ест твоё печенье,

А для тебя «спасиба» даже нет?

Печеньем дань платила за вниманье,

А он – у, изверг – бегал за другой:

Два хвостика, над рыжей головой

Огромных бантов голубых сиянье.

Я столько плакала, когда никто не видел:

Мне было жаль печенья и себя.

И так он невниманием обидел,

Что бросила его, навеки разлюбя.

Девичий смех заполнил темноту

Серебряными искорками, будто

Пахнуло сладостью домашнего уюта.

Тенями страхи скрылись в черноту.