Атлантида для одинокой девчонки. Рассказы

Таня подумала, что, наверное, поэтому та дама и закрывает шторы. Это было первый раз, когда Танюшка поняла, что важное может быть не только честным, заслуженным, наполненным смыслом, но еще и постыдным, тем, что нужно прятать, но ведь не лишенным красоты.

Та красивая дама жила в номере долго, почти месяц. Как-то она закрывала шторы и увидела Танюшку в окне. Дама сначала растерялась, но потом улыбнулась девочке и даже подмигнула ей. Ее улыбка была искренней, а дама красивой – в тонком платье. Танюшке не верилось, что она может делать что-то плохое.

Когда Таня училась в старших классах, учеба ей давалась тяжело. Нет, она не скатилась в учебе. Она была, как и раньше, отличницей. Вот только учить всего было много. Она в буквальном смысле этого слова видела только свет в окне. В том самом окне. Окне гостиницы.

Она была уверена, что она вытянет эту лямку учебы, поступит в институт, и все у нее будет хорошо. Что она также будет ездить в командировки, работать и отдыхать в таком вот номере…

В итоге Таня получила серебряную медаль и легко поступила в институт.

В студенческие годы «ее» окно долго не включалось. А если там кто- то селился и появлялся свет, то это были мужчины сомнительного вида. Как правило в черных футболках и с цепями. Они много пили, курили. Они назывались по- новому – фирмачи, новые русские или еще как-то… Про них говорили, что они делают бизнес. На самом деле, Таня видела, что они не делают, они только разрушают. «Ее» номер.

И, напротив, квартира Тани, все больше становилась именно домом. Старинная мебель, доставшаяся от маминой профессорской семьи, хоть и занимала много места, но все же давала ощущение именно дома. Мама еще купила дорогой габардин, и сама сшила плотные шторы. Все словно было закрыто от меняющегося мира благородной стариной.

У Тани появилась университетская любовь – Михаил.. Признаться, она сначала хотела, чтобы все у них произошло в том самом номере. Тогда это было бы… логично. Номер, который с самого детства ее манил, он обрел бы самое личностное, самое сакральное значение. Но теперь Таня даже боялась. Единственное, что давало ей чувство защищенности – это ее дом. Как у Елены в «Дни Турбиных» – вечность за кремовыми шторами. Ей не хотелось никаких гостиниц.