Любовь приходит в черном

Светлые волосы больше не ниспадали водопадом, они были забраны в хвост, и все равно видно – голову Катя давно не мыла. Вместо обольстительных нарядов – потертые джинсы и старый свитер, толстый, растянутый, под горло, болотно-зеленый. На ногах – кеды. И это – в такой теплый вечер! Перемены произошли и с лицом девушки. Губы – в нитку, потрескавшиеся, спекшиеся. Нездоровый румянец. Лихорадочно сверкающие глаза под набрякшими веками. Катя обхватила себя руками и ссутулилась, глядя в асфальт. Ее движения остро напомнили Марине певицу Оливию.

– Я… – будто осенний лист хрустнул под ногой. – Катя. Сестра Артура.

– Очень приятно, – пробормотала обескураженная Марина.

– Я больна, – продолжила Катя, избегая смотреть на Марину. – И мне негде… мне нужно…

Она заплакала – почти беззвучно.

– Да что же мы стоим! – спохватилась Марина. – У всех на виду. Пойдемте, хоть чаю выпьем. Пойдем, Катенька.

Сейчас предполагаемая «бывшая» (а оказывается – сестра! Как хорошо!) вызывала только жалость и желание обогреть.

На кухне она забилась в дальний угол, ну хоть плакать перестала. Артур отозвал Марину в сторонку:

– Понимаешь, мне нужно уехать. Ненадолго, надеюсь, малыш, но все-таки. Мне угрожает опасность. Я предупреждал тебя, что лучше со мной не связываться, так ведь? Вот. – Он развел руками, словно извиняясь.

– Что с Катей? Депрессия?

Артур промолчал, но Марина поняла по взгляду: правильно предположила. Депрессивную больную нельзя оставлять одну. Но Марина же работает, она не сможет постоянно контролировать состояние Кати.

– Ей нужно принимать какие-то таблетки?

– Нет-нет. И не обязательно с ней все время сидеть. Просто пусть побудет с тобой. Мне так будет спокойно. Малыш, я должен бежать. Как смогу – выйду на связь, сама мне не звони, не рискуй. И ни в коем случае никому не говори обо мне. Могут прийти странные люди…

Марина вспомнила про визит частного детектива и кивнула.

– Так вот: молчи. Ничего не знаешь. Им нельзя знать про Катю. Пусть думают, что она – твоя подруга, хорошо? Обещаешь так и сделать?

– Да, – несколько оторопев от напора, согласилась Марина, – хорошо, договорились.

– Пообещай, – настаивал Артур.

– Обещаю, – вздохнула Марина, с трудом подавляя желание дотронуться до него, хоть за руку подержать.

Артур вытащил бумажник и отсчитал десять стодолларовых купюр. Катя, поджав ногу, смотрела на Артура влажным взглядом преданного сенбернара.

– На случай, если вам что-то понадобится.