Ваня. Повесть

Ладно, Ольга Георгиевна, но вот Владимир Александрович…

– Ну что ж, давайте не будем терять ни минуты. По дороге домой и поговорим. Беги, собирайся, Ванюш. Мы тебя забираем. Если ты, конечно, не против, – быстро проговорил будущий отец.

Кстати, голос его, хоть и был грубым, но оказался довольно-таки приятным. Это был голос уверенного в себе человека; голос, не терпящий возражений и вызывающий к себе доверие. Я сразу же проникся к Владимиру Александровичу уважением.

– Да, да, конечно собирайся, Ванюш. Нам уже не терпится поскорее забрать тебя отсюда, – подтвердила Ольга Георгиевна.

Я судорожно сглотнул, быстро кивнул и опрометью кинулся в коридор, едва не угодив в дверной косяк. По коридору взад и вперёд прохаживался мой воспитатель.

– Как, уже поговорили? – удивлённо спросил он.

– Ну да, – ответил я на ходу. – Иду собираться.

– И как тебе твои будущие родители? – едва поспевал за мной Андрей Валентинович.

– Вроде ничего, нормальные.

– Смотри, Иван, лишь бы тебя всё устраивало. Тебе с ними жить, – сказал он тихо, постепенно отставая.

Я остановился, развернулся всем корпусом, пристально посмотрел на него, произнёс: «Да, Вы правы» и поспешил к себе паковать вещи.

В комнате меня ждали злобно настроенные соседи.

– Ты, рохля, никак покинуть нас собрался? – спросил Егор, почёсывая кулак. – Нехорошо поступаешь. Мог бы своей радостью с друзьями поделиться.

Меня как прорвало:

– Какие же вы мне друзья? Сволочи, вот вы кто! Я вас всех ненавижу, слышите?! Вы мне всю жизнь здесь испортили! – я не заметил, как перешёл на крик.

– Эээ, батенька, так дело не пойдёт. Что же ты разорался, как деревенский петух спозаранку? Мы тут тебя проводить собираемся со всеми почестями, как друга, – ехидно сказал Егор, – а ты нас сволотой обзываешь. Ай-яй-яй, как некрасиво.

– Нет, ну почему вот так всегда: одним дуракам только везёт, – завозмущались остальные. – Эта корова что, на смазливое личико этого гадёныша позарилась?

Я чувствовал, как злоба закипает во мне, кулаки невольно сжались.

– Не смей… так… говорить… про мою маму, урод!

Ребята изумлённо переглянулись. Егор удивлённо вскинул бровь, затем спокойно оглядел свою шайку и произнёс, специально растягивая слова:

– Кажется, наш птенчик излишне зарвался в последний день. Предлагаю вам, коллеги, изрядно начистить ему физиономию. Надеюсь, никто не возражает? – спросил он, снова окинув всех взглядом.