Отель «Блэц»

Пузырьки защекотали нос, она жадно отхлебнула. Перед фуршетным столом была сцена. Сейчас на ней никого не было, как в перерыве между номерами шоу, но в полумраке можно было разглядеть высокий игровой автомат.

Вера успела сделать еще глоток до того, как басы в животе внезапно смолкли. Зал наполнился оглушительными фанфарами. Яркий луч осветил верхнюю часть красных бархатных кулис, и откуда-то сверху, из-за декораций, верхом на серебристом месяце на сцену спустился ведущий в длинном, расшитом камнями и стразами белоснежном плаще с высокими крылоподобными плечами.

Голову его украшал восточный тюрбан с павлиньим пером. Вера не могла понять, сколько ему было лет. Может, сорок, а может, и шестьдесят. Он был явно в той фазе жизни, когда на несколько лет замираешь в одном возрасте, и внешность как будто совершенно не меняется. Лицо ведущего показалось Вере ничем не примечательным и даже немного уставшим, но как только он поднес микрофон к губам, уголки его рта растянулись в ласковую завораживающую улыбку.

– Счастья! – голос его прошелестел, как подернутая свежим ветерком в раскаленный полдень листва. – Я знаю, вы все хотите счастья!

– Да! – зал взорвался аплодисментами. Ведущий закрыл глаза и вскинул руки:

– Тогда начнем вечер лотереи!

– Да!

Вспыхнувший софит осветил среднюю часть сцены с игровым автоматом. Ведущий подошел к нему и схватился за длинную ручку с круглым набалдашником. С потолка к каждому столику опустились экраны, передавая изображение со сцены.

За спиной Веры что-то зажужжало. Она обернулась – над фуршетным столом тоже появился экран.

– Сейчас мы узнаем имя нового счастливчика, который наконец исполнит тайное желание. Вы хотите узнать его имя, дамы и господа?

– О Боже, да! – взвизгнула какая-то женщина за соседним столиком.

– Ну что ж! Разыграем лот «Райское наслаждение»! Кто же сможет попробовать его?

– Кто? Кто? – в зале нарастало нетерпение.

– Я запускаю автомат!

Зал утонул в полнейшей тишине, которую нарушали лишь нетерпеливый скрип стульев и сдавленное дыхание.

Ведущий дернул ручку, на экране в три ряда замелькали цифры. Вера вновь обернулась на свой экран: скачущие цифры приковали ее взгляд. Наконец вращение цифр стало замедляться и на экране сложилось число «712», а ниже вырисовалось имя – Шарлотта Бэнкс.

– Дорогая, это мы! – раздался мужской голос где-то у сцены.

Вновь загремели фанфары, а следом зазвучала легкая расслабляющая музыка.