Когда восходит солнце на закате

 – На сей раз, он прошел до двери без оглядки, так как невыносимый приступ удушья сдавил ему грудь.

– Мне очень жаль! – донеся до него жалкий лепет брата.

Он пронесся через приемную словно стрела – точно такая же, как и та, что насквозь пронзила его душу. Слова помощницы Альберта осведомившейся о его самочувствии, так и не достигли его слуха. Мысли его были заняты совершенно другим.

Неужели даже родной брат отказывается помочь ему? Неужели даже он от него отвернулся? С этими мыслями Ральф брел по улице, не разбирая дороги, не видя никого и ничего вокруг.

ГЛАВА 3

Голоса. Переплетающиеся между собой голоса, доносились до него словно эхо из потустороннего мира. Яркий свет проникал сквозь сомкнутые веки.

«Похоже, это конец. Неужели я оказался на том свете?» – промелькнуло в его сознании.

Он слышал чьи-то шаги совсем рядом. Снова послышались голоса. Теперь они звучали так близко, что Ральф мог различить слова. Беседовали двое.

– …сотрясение мозга…, – донесся до него обрывок последней фразы, произнесенной басистым мужским голосом.

Нет, похоже, он, все же, еще жив. Вряд ли кто-то на том свете говорил подобным голосом. К тому же диагноз явно относился к еще живому человеку.

– Главное – соблюдать абсолютный покой, – продолжил все тот же обладатель приятного голоса.

Ральф понял, что говорили о нем и внутренне горько усмехнулся. Какой может быть покой в его положении?! Клиника разорена, ждать помощь неоткуда! Покой!..

Но сдаваться он, все же, не собирался. Он дал самому себе слово помочь Элизе, и он его сдержит. Сдержит, чего бы это ему не стоило!

Он с трудом открыл глаза. Первое что он увидел, была белая как снег стена больничной палаты. Голова кружилась, предметы расплывались, словно в густом тумане.

– Похоже, он пришел в себя! – воскликнул кто-то, вероятно, стоявший около его кровати, так как эту реплику он расслышал абсолютно четко и ясно.

– Где я? – Ральф снова попытался открыть глаза, и на этот раз даже сильное головокружение не смогло заставить его их сомкнуть.

– О, Слава Богу – вы пришли в себя! – снова воскликнул кто-то.