Горькое молоко – 2. Вальтер. Кофе от баронессы Кюцберг

Но он не мог понять, с чего это она проявила к нему такую странную ласку, да ещё назвала Вовочкой, и не просто Вовочка, а имя окропила самым ласковым, словом, в мире.

«Наверное у костра пережарилась?» – подумал он. Так его только мать называет. Он лежал, не шевеля, ни руками, ни ногами, и согласен бы, лежать в таком положении долго, но с лаем сорвалась собака навстречу возвращающемся ребятам. Надька испуганно отстранилась от Вовки, и быстро поднялась.

Задержку на себе Надьки Колчак отметил с приятной улыбкой, что не ушло от ревностного взгляда Коровина.

– Как вы вовремя пришли, – громко воскликнул Зиновий Афанасьев. – Королевское жаркое в одно мгновение сейчас окажется на скатерти самобранке.

Они пришли довольные и весёлые, обсуждая всё до мельчайших деталей, как они нашли охотничий шалаш, как каждый посидел в нём.

– Я бы даже спать в нём согласился, так там уютно, – восторженно сказал Славка.

– Кушай чирка своего и шуруй туда спать, ещё раз тест на смелость пройдёшь, – не вставая с травы с издёвкой, проговорил Вовка.

Славка, подошёл к валявшему на спине Вовке заглянул ему в глаза. Почесал за ухом. Обычно в классе он всегда так делал карандашом.

– Странно Володя, как ты можешь так быстро меняться, буквально недавно, когда мы с тобой ходили в лес, мне показалось, что наши отношения приобретут иную окраску. Ты я полагаю, человек настроения, – без обиды произнёс Славка.

– Да никакой он ни человек настроения, он просто пьяный, накупался и замёрз.

– Я уже не пьяный, – вставая с травы, – проговорил Вовка и готов приступить к ночной трапезе.

Немногословный Болотин стоял, растопырив руки, показывая, чтобы ему помогли снять рюкзак охотника, который он нёс на себе.

Вовка подошёл к нему и помог освободиться от рюкзака.

– Зиновий Афанасьевич, а вы знаете, как распространился запах вашей дичи, – сказал Болотин, – на вес лес.

– Хороший у тебя рубильник, с ним ты не пропадёшь, возможно, он тебе в жизни счастье принесёт. Береги его Костик, – зацепил уже Болотина Вовка.

– Отчасти ты правильно говоришь Владимир, большой нос – это чистые лёгкие и отменное здоровье, – внёс ремарку Зиновий Афанасьевич, – будете постарше, поймёте, а сейчас всех прошу к столу, ужин готов.