Родня

Боялся, что после четырёх лет он собьётся со счёта, пытаясь сосчитать морщины на лицах родителей.

– Давайте выпьем за встречу! – так и не ответив брату, сказал он.

Все одновременно подняли бокалы и рюмки. От прикосновений хрусталь зазвенел, и внезапно родившаяся мелодия разлетелась по уютной и светлой кухне.

Глава 4

«Не всем нужна правда. По сути, она вообще никому не нужна».

Наталья Васильевна открыла глаза. Часы показывали начало восьмого. На улице было темно, и лишь отблески одинокого фонаря освещали утренним путникам дорогу, одновременно подсвечивая окна квартир.

– Вот чёрт! – она пнула её ногой. – Влад! Почему ты не убрал вещи? Я же просила!

Супруг приоткрыл один глаз и с удивлением посмотрел на жену.

– Что ты хочешь?

– Посмотри, какой бардак!

Сумки, пакеты и даже дублёнки валялись на полу.

Квартира Виноградова уже жила полной жизнью. Чайник пыхтел, периодически издавая жалобный свист, стиральная машинка второй час трудилась, деликатно стирая рубашки хозяина, а плита только и успевала разогревать конфорки для утренних блюд. Постояльцы квартиры тоже не спали. Александр Петрович аккуратно выглаживал стрелки на любимых чёрных брюках, Настя впопыхах завтракала на кухне, собираясь на работу, Алла Владимировна готовила завтрак для остальных.

Наталья Васильевна, натянув улыбку, зашла на кухню.

– Доброе утро, – взлохматив и так нечёсаные волосы, сказала она.

– Доброе утро, Наташа. Ванна свободна. Завтракать будешь?

– Буду, – забравшись с ногами на стул, ответила она, – глазунья и кофе с печеньем, как это по-домашнему, – с лёгкой иронией в голосе сказала она.

Дверь на кухню снова открылась. Заспанная, с еле открытыми глазами, Ксения потягивалась в дверях.

– Ненавижу утро, – хриплым голосом сказала она. – Мама, зачем вы меня тянете к этому целителю? Я думаю, сон повлияет на меня более благотворно, чем этот непонятный дед.

– Закрой рот и садись завтракать, – строго сказала Наталья. – Мы собственно из-за тебя сюда припёрлись за триста километров. Подумай, наконец, о своём здоровье.