Обрученные судьбой. Книга первая. Великий развал

Это ей становилось совсем и вовсе занятно и интересно.

4

Наконец-то, Дина добралась до своего мужа. По пути к нему ее еще пару-тройку раз перехватывали и приглашали на танец. Должно быть, изящная свидетельница многим мужикам пришлась по вкусу.

– Ты у меня, дорогая, сегодня просто нарасхват, – шепнул ей Рэм, не оставлявший без своего внимания все ее хаотичные передвижения.

– Милый, сегодня ты был в ударе… – Дина томно улыбнулась.

Ответный горячий шепот сладкой музыкой полился в мужское ухо, туманя сознание и разгоняя закипающую кровь.

– У меня внутри все до сих пор так и клокочет.

– Ты тоже, радость моя, была дивно хороша. Мои пальцы все еще мелко дрожат, помня прикосновения к твоей груди. Зря ты ничего не поддела. Твоя блузка ничего не скрывала…

Его слова нисколько не смутили Дину. Он произнес их не с укором, а с не скрываемым восхищением и даже с гордостью. Красота его жены достойна того, чтобы ею могли наслаждаться и другие.

– А у меня, дорогой, и сейчас ничего, кроме платья, нет.

– Хочу, – он кивнул головой, уперся в нее разгоревшимся взглядом. – Только не здесь же, радость моя! Люди могут не понять…

– А где? – женские мысли крутились в сходном направлении.

– А все там же…

Поняв мужний намек, Дина согласно кивнула головой.

– По одному? – шепотом спросила она.

– Ты первая, – сказал он. – Ступай, королевна моя…

Тихо прикрылась дверь за вошедшим мужем, наглухо отделила их от всего остального мира, плотно зашторила потусторонний мир.

– Попалась, которая на базаре кусалась…

– Ах, Рэмка! – вырвалось у нее, когда коротко вжикнула молния.

Роскошное платье, ничем уже не удерживаемое, спало с ее гордых плеч, открывая его давно уже нескромному взору немного смугловатые, чуть загоревшие и нежно-золотистого оттенка груди. Они походили на спелые груши, с притягивающими к себе розовыми сосками, к одному из которых муж и припал, довольно урча и облизываясь.

Открывая колени, обнажая бедра, Дина медленно подбирала подол, и его руки тут же скользнули вниз, проверяя правоту ее слов о том, что на ней отсутствует всякое нижнее белье.

– Убедился?

– Ты безумна, моя дорогая. Динка, ты… ты просто сумасшедшая. Я тебя обожаю. Я тебя люблю. У меня нет больше сил терпеть сладкую муку. Я хочу тебя.

– Иди ко мне, я вся твоя, – шептала она.