Академ и наш «Б» класс. Детство

Как заметила моя мама, когда в ее недавний приезд мы гуляли по Академу: «Дома стыдливо спрятались в тени деревьев». И это правда! Те деревья, которые я помню еще совсем невысокими, теперь вымахали выше домов, прикрыв их облезлые стены. Но это лирика!

О да! Здесь стоит сказать, что «программа озеленения» существовала и обсуждалась на «самом высоком уровне», как утверждает мама. Если учесть, что дома в семидесятых строили на огромном пустыре, как я написала выше, – всё, что сейчас «растет, цветет и пахнет» – плод больших усилий, в том числе и самих жителей.

В начале тех же семидесятых годов началось в Академе строительство кирпичных домов по разным проектам. Это были так называемые «павловские», с удобными и большими квартирами. Была построена также единственная в своем роде «китайская стена» – кирпичный дом длиной в 12 подъездов.

Затем вырос красивый дом вдоль улицы Лермонтова, первый этаж которого заняли магазины, аптека и «Академкнига».

А также возле школы №24 воткнули две девятиэтажки. В них мы бегали поначалу, чтобы прокатиться на лифте, благо, что подъезды в ту пору не было принято закрывать металлическими дверями с домофонами.

Затем через пустырь от «старого» Академа довольно быстрыми темпами был возведен комплекс панельных домов, панели у которых хоть и были уныло серыми, тем не менее, в побелке-покраске регулярной не нуждались, а кроме того, уже были пятиэтажными, да и планировка квартир была лучше.

Да, примерно в те же годы слева от школы №19 выстроили гостиницу «Академическая». А какое имя ей еще могли дать?

За школой №24 до семидесятых годов была железнодорожная ветка и старый ремонтный завод, на территории которого стояли паровозы. Наши мальчишки часто лазили туда через ветхий забор и спиливали с них медные трубки, из которых делали «пугачи». В некотором отдалении он него был лесозаготовительный завод, который в году этак семидесятом сгорел дотла.

Об этих фактах, кстати, мне рассказал Сашка Маков, которому моя идея – написать о нашем детстве – понравилась. Понятно, что у мальчишек была своя жизнь, и их «границы передвижения» были шире. Я и помыслить не могла класса до пятого, что могу уйти из своего двора без разрешения. Да и нужды не было. Мы то играли в «города», то скакали в классики, потом появилась мода прыгать через «резинку».