Час на мысли обо всём

Что тебе нужно продолжать как-то жить, а живёшь ты не так, работаешь не там, и вообще всё это время жертвовал совсем не тем, чем стоило.

Когда от меня ушла моя последняя влюблённость – Анастасия, всё прошло именно по такому сценарию. Была трагедия. И лирика. Потом появился сарказм. Потом возникла пауза, а после просто пустота: как будто я уже умер и с того света едва различаю ровное гудение аппарата, отображающего пульс. Меня нельзя было напугать концом света, пистолетом на улице, холодом или проливным дождем.

Меня просто не было.

После этой паузы и пустоты началось время, когда я перестал мечтать о завершении жизни. Я начал думать об её продолжении. Я остановился. Когда мои яркие планы на двоих разлетелись, я вернулся назад к разбитому корыту. Я думал уже не о Насте, а о том, что пора всё менять и жить дальше. Я знал это и раньше, но откладывал, отдав себя влюблённости. Теперь её нет, и пора начинать крутиться. Выходит, это она подарила мне время на мысли?

О времени на мысли

Пока я активно делал ремонт, я имел счастье думать меньше.

Особенно о плохом. Не зря говорят, что дело – лучшее лекарство. Пару месяцев назад я вообще едва успевал прикинуть, как и что мне делать завтра. А тут смотрите – отдых и раздумья. Значит, дело вовсе не в Анастасии. Похоже, что у меня просто снова появилось время на мысли. Но откуда оно взялось?

Начнём с того, что ритм жизни стих. Вся наша жизнь – это один большой конвейер. Чем раньше ты поставишь её на поток, тем проще тебе будет, и тем больше здоровья и сил ты сохранишь.

Ты успокоишься и найдёшь время, как и я. Я «устаканился» довольно поздно, причём в не самый лучший подстаканник.

Институт окончен пару лет назад. Суматошная беготня с курсовыми и экзаменами осталась в прошлом, как и нервная работёнка в продажах во время учёбы. Нынешняя же должность ведущего специалиста на автомобильном производстве олицетворяет собой смертную стабильность и уже давно вошла в привычку. Я встаю в пять утра, зато уже в четыре часа дня я дома.

Любимую спортивную машину, заменяющую мне практически всё и всех, пришлось продать, когда то самое «стабильное» производство дало трещину, став стабильно нищим. Покатушки, которым я был готов посвящать каждый вечер, канули в лету.

Меньше времени сейчас уходит и на спорт. Серьёзные занятия пришлось бросить ещё в семнадцать лет, когда внезапно стали подводить суставы, связки и спина. Тренажёрный зал, футбол, боевое самбо – всё в сторону.