Зеленый. Цвет свободы

Моя верная подруга, без нее мне было бы гораздо тяжелее сбежать. Наша дружба со школьных времен уже прошла огонь, воду и медные трубы.

Я: «Тревожных новостей нет?».

Олеся: «Всё тихо».

Я не могла отделаться от беспокойства за Олесю. Хотя Герман и не знал, что мы поддерживали с ней связь последние годы, рано или поздно он вспомнит про неё. Если, конечно, он будет меня искать.

Господи, хоть бы не искал!

Я взяла в Старбаксе ягодный чай и присела на скамейку в Брайант-Парке. Нужно найти жилье. Я неприлично долго задержалась у Ланы.

Потягивая кисловатый чай, я смотрела на прохожих. Самая разношерстная публика, которую мне приходилось видеть. Парни в бейсболках, мамочки в бесформенных джоггерах с колясками, старушки с благородной сединой и не менее благородной осанкой с пакетами из французской булочной, парни с разноцветными дредами, дамочки в узких платьях и на шпильках, мужчины в деловых костюмах.

Рука непроизвольно сжала картонный стакан так, что горячий чай обжег пальцы. Темноволосый мужчина в костюме оказался близко ко мне.

Слишком близко!

Тонкий аромат парфюма с нотками табака и цитруса окутал меня, как полиэтиленовая пленка. Тошнота подкатила к горлу. Я вскочила с лавки в тот самый момент, когда мужчина сделал шаг назад и наткнулся на меня. От ужаса я перестала дышать.

– Sorry! – мужчина обернулся и неловко улыбнулся. – Are you ok?[2 - Извините! С вами все в порядке? (англ.

Я молча кивнула и поспешила прочь.

– Мне кажется, я схожу с ума, мне всюду мерещится Герман, – я сделала глоток вина.

Мы с Ланой сидели вечером на террасе и смотрели на краснеющее закатное небо.

– Это нормально, ты столько лет жила с чудовищем, – она ласково потрепала меня по плечу.

– Я боюсь за Олесю… Вдруг он, – я запнулась.

Мысль о том, что Герман может навредить подруге, наводила дурноту.

– Олеся ему ни к чему, он же не знал, что вы до сих пор общаетесь.

– Пожалуй, мне хватит красного, – я встала. – А ты идешь?

– Нет, у меня еще есть один повод выпить… сегодня… не могу забыть эту дату, – последнюю фразу Лана сказала, отвернувшись и почти шепотом.

Явно это предназначалось не для моих ушей. Я решила не мешать ей и неслышно задвинула дверь.