Обрученные судьбой. Книга вторая. На переломе

 – И поэтому ты решил, что первое теперь можно скромненько опустить. Чё молчишь, а?

– Ну, как тебе, Рина, это сказать? – он бросил на нее лукавый взгляд. – Скупенький мужичек нынче пошел. Решил, что можно сэкономить…

И для пущей наглядности Рэм тут же ловко напустил на себя вид тороватого скупердяя. Играя, захлопал лицедей по карманам, чем смог вырвать из благодарной зрительницы короткий смешок:

– На тебя, вроде бы, не похоже было.

– Стареем, Рина, стареем… – Рэм для убедительности вздохнул.

По мужским губам пробежалась усмешка.

Как кружится у нее голова! От выпитого шампанского или оттого, что он рядом, что она танцует с ним? Сбылась еще одна ее мечта.

Его руки бережно придерживают ее, а она, не обращая ни на кого внимания, крепко-крепко прижимается к нему. Она всегда восхищалась его умением танцевать, непринужденно вести свою партнершу, легко и изящно, словно всю жизнь только этим одним и занимался.

– Рэмка! – горячо выдохнула она возле его уха.

– Да, девушка, я слушаю вас.

– Рэм, ты еще способен на сумасбродные поступки?

Ее вопрос несколько озадачил мужчину. Он спросил себя: способен ли он еще на оное? Смотря, конечно, на что и для кого…

– Как? – прищурился он. – Что ты хочешь сказать?

– Рэм, я еще никогда не была в Москве. И чувствую, что никогда уже, наверное, туда не попаду.

Все вокруг двигалось, а перед ним неотрывно стояли ее огромные, невыразимо прекрасные и умилительно умоляющие глаза.

– Рина, девочка, а как ты это себе представляешь? – спросил он у нее, снова оказавшись за столиком.

– Самолетом, Рэм. В субботу мы летим в Ленинград. Ночью мы на поезде переезжаем в Москву. А после обеда заглянем в наш Город.

– В наш Город? – мужчина озадаченно моргнул.

В общем-то, против всей этой идеи в целом он ничего не имел. Но, что касалось последнего пункта, то это, пусть его извинят, перебор.

– Да, я так соскучилась по нему.

– У-у-у, – потянул он. – Ишь, как одна замахнулась!

– Рэм, я очень тебя прошу. Ты у меня единственный друг, к кому я могу обратиться с подобной просьбой. Ты думаешь, что это невозможно, что я прошу чего-то немыслимо заоблачного?

Рэм призадумался. Да, конечно, выглядит как-то так, за той гранью дозволенного, но отнюдь не невообразимо невыполнимого.