Обрученные судьбой. Книга вторая. На переломе

 – Я в госпиталь. А ты смотри, мимо номера не промахнись…

Еще не затихли ее удаляющиеся к выходу шаги, как к их столику подрулила накрашенная девица в коротенькой кожаной юбчонке.

– Закурить не найдется?

– Падай, подруга, на стул! – Ключников повеселел.

Не прошло и получаса, как он успел напрочь позабыть о том, зачем и с кем он прибыл в город. Новая знакомая очаровала его своим милым южнорусским акцентом. Если поначалу он просто хотел поразвлечься и поболтать ни о чем с не первой свежести обладательницей крупных форм, то после нескольких рюмок водки с удивлением разглядел милые черты на ее широкоскулом лице, утяжеленном мощным подбородком.

– Я тебя люблю! – пьяно пробормотал он и пропустил момент, когда подружка ловко подсыпала ему в рюмку щепотку белого порошка.

В голове у прапора зашумело, перед глазами бурно заштормило.

– Тебе надо освежиться, – услышал он и послушно поднялся.

Поддерживаемый девицей, Кеша нетвердой походкой по синусоиде продефилировал к мужскому туалету.

– Прелестно… – выдавил он из себя и через мгновение отключился.

Очнулся Кеша, когда его всколоченную голову засунули под кран с холодной водой, повозили пьяной мордой по керамической раковине.

– Эй, ты чего? – возмутился он, выпрямляясь.

– Мы закрываемся. Платите по счету…

Кивая головой, Кеша сунул пятерню в карман. Пусто.

В госпитале Ингу знали. У них она проработала не меньше года. Ей легко пошли навстречу, выделили кресло-каталку для ее подопечной.

– Привет, приблуда, – Инга присела возле раненой.

– Ты? – Леся удивленно моргнула. – Откуда?

Не отвечая на тривиальный вопрос, Цветкова выгрузила из пакета на стол фрукты и овощи. Открыла она минералку, налила в стаканчик.

– Пей, тебе повезло. Осколок попал в мякоть бедра. Через неделю, максимум две, как кузнечик, запрыгаешь…

Бодрый и оптимистичный тон Инги подействовал успокаивающе, и Леся, почувствовав себя лучше, вымученно улыбнулась.

– А что с Дьяченко? – спросила она.

– Ему повезло меньше, – Цветкова тяжело вздохнула. – Точнее, ему вовсе не повезло. Нет его больше. Сама понимаешь. Война…

С помощью санитара Лесю осторожно усадили в коляску.