Пропавшее кольцо императора. I. Хождение в Великие Булгары

Конные и пешие тысячи выстраивались на ровной опушке. Проверялось оружие и снаряжение, умение стрелять из лука.

Воину, не попавшему в чучело со ста двадцати шагов из шести стрел и двух раз, колчан набивали соломой, что было большим позором. Его смывали, если попадали во время очередной стрельбы все шесть раз.

– Всех, кто попал шестью стрелами, наградить, – распорядился бек.

Нерадивых командиров, не проявивших должного рвения и старания при подготовке своего отряда, снимали с должности. На их место тут же ставили отличившихся воинов.

И, напротив, провинившийся сотник мог легко оказаться простым нукером, лишиться не только чести, но и много другого и прочего, ибо даже при распределении воинской добычи доля сотника в десять раз превышала долю простого воина.

Одно дело – повелительно махать плетью, совсем другое, когда ему придется исполнять приказы вчерашнего своего подчиненного…

– Беспорядку много! – морщился Махмед-бек.

Как в мыслях ему все представлялось, можно было бы ожидать и лучшего.

– По краям пойдут на расстоянии пешего дневного перехода легкие конные отряды, – бек разделил все свое войско на три неравные части. – Основное ядро войска в походе спереди прикроется одним подвижным отрядом. В центре потопает пехота…

Последние распоряжения перед выступлением отданы, и по сигналу разом зашевелились опушки и рощи.

– Трогай! – понеслось перекатами.

Одним броском войско достигло и за один день переправилось через Волгу, которая в тех местах без вод Камы и Оки представляла собой не слишком сложное препятствие. Пока они двигались по своей земле.

Далеко впереди шла конная разведка. Она останавливала на своем пути и перехватывала подозрительных чужаков, старалась до самого последнего момента сохранить в глубокой тайне начало движения.

Как вступили на Мещерскую землю, войско перестроилось и пошло по хитрой задумке Махмед-бека. Передвигались ходко. Крупные города обходили стороной. Летучие разъезды врывались в села и небольшие городки. Малую толику брали в полон, других и вовсе не трогали.

Мародерствовать и набирать добычу воинам под страхом смертной казни строжайше запретили.