Пропавшее кольцо императора. I. Хождение в Великие Булгары

– Того самого, ханум, – богослов прочитал в раскрывшихся женских глазах мелькнувшую тень прошлого. – А уже от того места дня два-три хода будет…

После недолгого молчания последовал ее вполне уместный вопрос, никак не долженствовавший вызвать особых подозрений:

– А велика ли страна Мещера?

– Как оное сказать? – мулла неопределенно пожал плечами, не ведая того, как бы проще объяснить госпоже, может быть, и спросившей ради одного праздного любопытства. – Не столь она и мала. За неделю всю сторону их конно не объедешь.

– А кто они, мещеряки? – в глазах у женщины разгорелся не просто любопытный, а сильно заинтересованный огонь. – Расскажи мне о них.

Ученый мулла-улем был разительно непохож на ее самого первого учителя, который, кроме одних сур из Корана, другого ничего не знал и толком ничего объяснить ей не мог. Долго рылся он в Священной книге, беспомощно разводил руками: «Того ни мне, ни Аллаху не ведомо».

Имелись у нее, конечно, и другие учителя. И они смогли научить ее многим языкам и наречиям.

Чему еще, спрашивается, может научить рабыня из русичей, кроме своего языка? Хотя, благодаря пленникам, Суюм понимала и довольно бегло разговаривала по-русски, по-польски и по-литовски, разбиралась немного в сложном свейском наречии. Отец собирался выдать ее замуж за русского князя или же за повелителя одной из западных держав и со всем тщанием готовил свою дщерь к династическому браку.

– Я, почтеннейший, на днях видела двоих мещеряков-покупателей на базаре, – продолжила Суюм, видя, что ее собеседник все молчит, видно, обдумывая свои слова.

– Они, ханум, как и мордва, – народ чудского (финского) корня. Живут тут испокон веков. Появились на оных землях намного раньше нас, булгар. Живя бок о бок в соседстве с русинами, и сами обрусели. Но многие из них перенимают наши обычаи.

– А какой они все веры?

– А-а-а, – улем ухмыльнулся, – кто да во что у них горазд.

Изумленно заколыхались длинные и пушистые черные ресницы. Как же так, один народ, а верует в разных Богов? И живут все вместе?

– Да? – женские губы расплылись в недоверчивой улыбке.

– Много среди них, что приняли по нашему примеру ислам. Иные же стали православными христианами. А кое-кто до сей поры пребывает в своем древнем язычестве.

– Живут без веры? – ужаснулась Суюм.