Кора. Новая кровь

Но я так устала, я так хотела верить, так не хотела терять его…

– Серьёзно?

– Да, вот, смотри, видишь вот ту звезду…

– Да, я вижу, как минимум, десяток звёзд.

– Да нет же, вот ту…

– Издеваешься? – рассмеялся Дэвид.

– Ну хорошо, а букву М видишь?

Улица была безлюдна, и я села на асфальт, облокотившись на стену дома, Дэвид сел рядом. Я начала показывать ему на небо, пытаясь объяснить самое простое – как найти на небе Кассиопею. Наша речь почти полностью состояла из фраз «вот та», «вот эта», «нет, эта» и «ну вон же!».

Пытаясь дотянуться указательным пальцем до неба, я случайно положила руку на его колено. Он повернулся ко мне и спросил:

– Как думаешь, где-то там есть жизнь?

– Как в «Людях в чёрном»?

– Да, возможно, прямо так.

– Думаю, как в «Людях в чёрном» – нет. Но жизнь точно есть.

– Веришь в инопланетян?

– Конечно, они существуют. А ты что, не веришь?

– Может, ты ещё и в вампиров веришь?

Я улыбнулась, хотя мне было совсем не смешно. Мои глаза расширились, я, наконец, обнаружила свою руку на его колене, и хотела её убрать, но он остановил меня, положив свою руку на мою.

– Спорный вопрос, – у меня было очень серьёзное выражение лица, а, быть может, просто напуганное, – порой мне кажется, что это всё развод. Ну, знаешь, общий враг для народа и всё такое. Я не видела вампиров. А ты видел вампира? А кто их видел? – я посмотрела Дэвиду в глаза, – кто-нибудь из живых есть? Зато по новостям говорят так, словно это что-то само собой разумеющееся.

Но где они? Где их семьи, почему их нет в супермаркетах? Где их дети заканчивают школы, где они растут? Ну не могут же они просто возникать из ниоткуда и просто нападать на людей и учинять разгромы. Я не понимаю.

Дэвид посмотрел на меня как-то совершенно странно. Я не поняла его взгляд, не поняла, что он имеет ввиду. Он выглядел так, словно я сказала что-то совершенно дикое, из ряда вон выходящее. Хотя это были очевидные вопросы, которыми, как мне казалось, должны были задаваться все люди.

(Но этого не происходило.)

Он убрал руку с моей.

Всё остальное было не важно. Диалог как-то продолжился, и я поняла, что это тупик. Мы могли бы стать хорошими друзьями, но сейчас я была вынуждена на 99.9% состоять из лжи, которая и привела меня к этому обрыву.

Мы сели в машину, и поворот ключа нарушил ночную тишину площади. Остаток пути мы говорили о чем-то пространном: погоде, увлечениях, последних новостях и стоимости недвижимости.