Музыка дорог. Рассказы

И что же вы там изучаете? Если не секрет.

– Конечно не секрет. Меня очень интересует ландшафтная архитектура. Вот её я и изучаю. Я, знаете ли, не согласна с теми, кто считает, что красота спасет мир.

– О-о!

– Да! Я считаю, что зависимость как раз обратная. Чем меньше в этот самый мир вмешиваться и спасать его, тем больше красоты. И нам просто надо уметь жить среди этой красоты.

– М-м-м? Мысль, конечно, замечательная. Да. Но меня, знаете ли, никогда не интересовали глобальные проблемы. И мир меня интересует, тоже, знаете ли, в буквальном смысле, Чтобы не стреляли.

 Да. Как-то спасением этого самого мира заниматься нет никакой возможности. И не досуг, – опять забарабанил по столу пальцами, – да что же это я, разрешите представиться. Федор Фёдорович. Музыкант. В некотором роде, – с легким поклоном чуть привстал.

– Ой! – девушка прыснула в ладошки, – простите ради Бога.

– За что?

– Не ожидала. Вы – и вдруг Фёдор Фёдорович. Вот если бы мне предложили отгадать ваше имя, я бы, конечно, стала предлагать Арнольда, Аристарха, с отчеством Викентьевич или там Модестович.

Вот такой ряд у меня получается, глядя на вас. Еще раз простите, – она все ещё прятала лицо в ладошки.

Затем упала грудью на стол и, сморщив нос, стала рассматривать руки Фёдора Фёдоровича. Тот не стал убирать.

– Какие красивые! А почему музыкант в некотором роде? Как это понимать? Не совсем музыкант, что ли?

– Нет, почему же.

– Такие руки. Вы пианист, – сказала утвердительно, кивнув себе головой.

– Альтист.

Склонила голову на бок.

– Альтист? Не надо, не поясняйте – я знаю, что это такое. Представьте, я знала до этого только двух альтистов: Юрий Башмет и «альтист Данилов». Да? Оба, сами понимаете, – она жестом показала недосягаемость. – И вот вы. Можно? – она положила свою ладошку на руку Фёдора Фёдоровича.

Тот накрыл её своей другой рукой.

– А можно узнать ваше имя?

– Конечно. Маша, – убрала руку. Надо заметить, с усилием убрала. Не очень-то хотел отпускать её Федор Фёдорович.

– Маша… Машенька… вы – само очарование. И имя так гармонично с вами.

– Ну, вот и прекрасно. А то вы как-то напряглись. По-видимому, после моего Гарварда. Это вас отпугнуло? Да?

– То есть? Как? От чего отпугнуло?

– Как от чего? Вы так активно начали меня окучивать, а потом вдруг перешли на какой-то polite conversation. Вы что, решили, что я помешанная на науках девица? Ничего подо-о-обного, Федор Фёдорович.