Павильон роз. Игра воображения

Почему Василиса решила, что полюбила Глеба? Он даже внешне ей не очень нравился.

Позвонила Машка и пригласила к себе на день рождения. Василиса решила взять с собой Костю. Она не хотела идти к Машке одна: у Машки соберутся студенты мединститута, и Василиса будет чувствовать себя неловко.

– Можно я приду с братом?

– Конечно. Приходите к семи, а если хочешь немного помочь, то к шести.

Костя сразу обратил внимание на Машу, старался ей понравиться.

– Как же Виктория? – спросила Василиса брата, когда он провожал ее домой.

– Виктория, наверное, это мое безумие. Оно почти окончилось. А Маша очень милая. Надеюсь, ты не против, если я попытаюсь с ней встретиться?

Баба Вера уже спала, когда Васька прокралась на свое место.

– Ну, пришла, наконец, – проворчала баба Вера. – Привидение.

– Я думала, ты спишь давно.

– Как же я усну, когда тебя неизвестно где носит!

Утром, услыхав Василисино торопливое шлепанье по линолеуму, баба Вера ласково сказала:

– Ты, Василисушка, до какого часа занята сегодня? Хочу с тобой по магазинам побегать.

– Давай, баб Вер, после шести побегаем.

– Хорошо. Хочу тебе перед отъездом купить что-нибудь. Чтоб ты на бабку свою не сердилась и не думала, что она у тебя баба Яга. Денег оставлять не стану, промотаешь на какие-нибудь глупости.

После работы они поехали. Василиса торопилась и шла быстро, а баба Вера все время просила внучку помедлить: мешала полнота. Сначала Василиса бежала вперед, а потом возвращалась к бабке, но ходить в бабкином темпе не могла: ноги уставали от медленного шага.

– Вот классные джинсы. Машка упадет. Видишь, какая варенка!

– Ты считаешь? – с сомнением переспросила бабка и недоверчиво пощупала ткань. – В них тебя на работу-то пустят?

Васька была довольна, что бабка не сопротивлялась.

– Теперь пойдем купим приличную одежду, – строго сказала баба Вера. – На нее скоро совсем ничего не останется.

Приличной одеждой назывался классический костюм, состоящий из юбки и пиджака.

– Баб Вер, ты прелесть! Спасибо!

У Машки – институт, любовь (Костя назначил ей свидание), а Васька опять в одиночестве. Но долго предаваться печали ей не пришлось.