Закусочная «Феникс»

Небольшие поломки могут потерпеть, грамотно припасённые припасы, если они не из разряда скоропортящихся, вполне заменяют те, что быстро закончились, премию уборщице можно разок и из своего кармана заплатить – всё так, но в ребёнке-закусочной есть одно большое «но»: сколько не ужимайся, если не хватило на оплату аренды, то можно смело готовить ключи на сдачу.

Я не виню арендодателей, даже не желая думать о причинах, по которым они так рьяно взыскивают со своих арендаторов оплату; я не ищу оправданий и не стремлюсь выставить себя жертвой системы.

Можно тысячу раз кивнуть на неблагосклонность судьбы, обвиняя её в том, что в правилах этих слишком много величин, зависящих от случая. Можно с умным видом говорит о курсе валют, цене на нефть и внешней политике страны, оправдываясь чужими просчетами.

А можно бороться. Не люблю фразу «таким меня сделала жизнь», но другой, кроме неё, я, наверное, из-за какой-то деревенской ограниченности, подобрать не могу. Упрямству, порой безнадежному, меня никто не учил, конкретных примеров не давал, не говорил о цели, ради которой можно умереть: обычные напутствия родителей, плюс то, что я видел и запомнил – получите!

Я не борец с мирской несправедливостью, я бармен, но это не делает меня хуже и не отнимает права мечтать и бороться за свою мечту.

Прошу вас, не настраивайтесь против кредиторов и арендодателей: мы ходим с ними по одной земле и едим один хлеб: мир видал людей похуже, чем те, кто взыскивает – причём в 95% случаев абсолютно справедливо – деньги от чьего-то имени: то бишь, это не их личная прихоть! Взять меня – я не останусь без работы, если потеряю закусочную, как не останутся без опеки мои родители или без поддержки единокровные братья и сёстры: «Феникс» является моей личной прихотью, за которую ответственен лишь я.

О его довольно замысловатой истории я расскажу подробнее.

Находится закусочная на первом этаже многоэтажного жилого комплекса, который на бумаге был запланирован вовсе не как жилая постройка, а как центральный штаб пожарной части нашего города. Было это в самом конце восьмидесятых, и если Вы хоть немного застали жизнь в стране в тот период, то поймёте, почему планы резко изменились.