Пустые коридоры

Он вдруг припомнил поливальную машину в Москве год или полтора назад. Ларри посещал тогда Дарвиновский музей по обмену опытом и стоял как-то на остановке трамвая. Трамвая не было. Зато к остановке приближалась поливальная машина. «Поливальная машина ничем не уступает танку, – записал тогда Ларри. – Выстреливая мощную струю воды (под видом уборки улицы), она вынуждает меня искать укрытие и в итоге бежать куда подальше».

– Как знаешь, – промолвила Кэт (Катя Скович – пианистка, выпускница Литовской академии музыки и театра).

Промолвила и распрощалась.

26 апреля в Брум вернулся Марк Даун. Тогда-то субботним вечером в клубе «Жемчуг» Ларри и встретился с ним, рассчитывая на беседу, как, собственно, и вышло.

С виду Марк действительно напоминал дауна: довольно глупое лицо, унылый взгляд (видно, и впрямь натерпелся – русский дурдом не мёд). Чего не скажешь о манерах: удивительным образом Марк располагал к себе, да и голова у Дауна оказалась на месте.

В клубе «Жемчуг» давали noise. С десяток групп (по мнению Ларри – совершенно однотипных и безвкусных) попеременно выскакивали на сцену и под оглушающий электрический грохот имели на чём свет стоит глобальную экономику, Ангелу Меркель и Барака Обаму.

Неизменный видеоряд демонстрировал сцены насилия, а с экрана на вас орали, улыбались и заигрывали с вами Гитлер, вечно живой Чавес и Владимир Путин у Симферопольского вокзала («КРЫМ НАШ!» – гласил баннер над пригородными кассами).

Тут же у касс бесновались крымские тётки – толстые, болезненного вида и подобострастно кидающиеся к Путину, а заодно и позирующие Russia Today.

Оркестр Черноморского флота исполнял «Калинку». «Чёрт знает что», – едва сдерживал себя Ларри. И поди ж ты пойми, где тут мораль.

Мораль?

– Недоумки, – отозвался Марк, завидев отвращение на лице Ларри. – Жалкие недоумки, – уточнил он, кивнув в сторону музыкантов. – Что привело вас сюда?

Случайно или нет – «недоумки» вдруг прервали своё выступление и ушли на перерыв. Стихли аплодисменты, посыпались реплики и вновь застучали вилки – характерный момент клубного общепита.

– «Пустые коридоры», – ответил Ларри и полез за блокнотом.

– Коридоры?

– Ваш прекрасный альбом, – Ларри улыбнулся, – показался мне особенным. Непонятно как, но он словно перемещает в другое измерение.

– Музыка и должна перемещать, разве нет? – Марк отвёл взгляд. На сцене появился какой-то дядя и постучал в микрофон. – Вы за этим и прилетели?

– Перемещать, но не настолько, – уклонился Ларри.