Культ ничтожеств. Преступление без наказания

Сторонники новой систем утверждают, что реформа откроет для российских учащихся «новые горизонты», даст возможность стать бакалавром по одной специальности, а магистратуру закончить по другой. Таким образом, студентам предоставляется шанс комбинировать знания из различных областей и готовить себя к профессиональной деятельности на стыке существующих специальностей.

Как великое достижение реформы, докладчик преподнес тот факт, что Болонская система даст возможность признания российских дипломов о высшем образовании в европейских и других развитых странах.

Удовлетворенный внимательно слушавшей аудиторией, выступавший занял место в президиуме, полагая, что успешно выполнил свою миссию. Однако ему тут же подали ворох записок с вопросами.

Даже их количество шокировало министерского работника. А уж содержание и вовсе привело в ярость. Здесь осмеливались критиковать самого министра. Для воспитанного на чинопочитании служащего это было верхом наглости.

Раздосадованного чиновника вынуждали обнажить «подводные камни», о которых он предпочел бы не распространяться. Вначале спросили, может ли он что-нибудь добавить к словам А. Фурсенко на конференции в бельгийском городе Левене, где тот утверждал, что «Болонский процесс дал развитию образования в России очень много, в частности, он заставил серьезно и критически осмыслить то, что мы имеем, и наметил определенные шаги по движению и по изменению этой системы».

Спрашивающий осмелился назвать речь министра неконкретной и невнятной. Подчиненный бросился защищать начальство, но сделал это так неудачно, что в ответ получил шквал аплодисментов. Последние не были актом одобрения, а протестом против словоблудия. Чиновнику просто «затыкали» рот. Несмотря на грозные взоры ректора в сторону зала, оратору так и не дали говорить. Наконец и до выступающего дошло, что преподаватели, отдавшие делу обучения студентов нередко всю жизнь, не станут слушать заготовленный набор пустых министерских фраз.

Так, может быть, несколько своеобразно преподавательский корпус выражал протест против навязанных и непродуманных реформ, затаенную обиду на всю вертикаль, начиная от ректора и завершая президентом страны, которые, ломая привычный уклад жизни, совершенно не считаются с потребностями и нуждами значительной массы населения.