Там, где водятся женихи…

Поэтому и рискнул пригласить вас сюда и предложить роль участницы отбора. Вы согласны поучаствовать?

– А чем вызвана такое внимание к моей скромной персоне? – все же уточнила я.

– Простите, – распорядитель начал слегка заикаться, а его щеки порозовели. Я, похоже, сама того не желая, начала задавать неудобные вопросы. – Его светлость не ставит нас, своих верных слуг, в причины того или иного решения. И надо отметить, что он еще ни разу не ошибался! – последнее предложение было сказано со значительно степенью гордости в голосе.

Я еще раз задумалась и поняла, что, в принципе, не против и поучаствовать. Вот только выигрывать отбор не хочу. Зачем мне инфантильный маменькин сынок, которые о женитьбе еще совсем не помышляет, сколько бы лет ему не было. Просто хотелось подольше задержаться в этой удивительной стране.

Получив мое согласие, распорядитель удовлетворенно улыбнулся, вбил мое имя в договор и распечатал один экземпляр. Ноутбук и принтер на его столе были самыми обычными.

Получив три листа, набранные 14 шрифтом, я углубилась в чтение.

Договор участницы конкурса №10

Княжество Одан в лице князя Александра Мирославовича Лакиана (далее – Князь) и претендентка в лице девицы Лазариной Полины Львовны (далее – Девица) заключили настоящий договор о нижеследующем:

– Девица дает свое согласие на участи в конкурсе на роль жены Князя…

Ха! Забавные формулировочки. В договоре обговаривалось, что я обязуюсь хранить в тайне сведения о своем участии в данном мероприятии, если потреплю поражение.

Странные они какие-то! Мы, что, не в современном мире живем? Дуэли и членовредительство запрещены в любой цивилизованной стране. Или у них был подобный прецедент?

Конец был более интересен. Там прописывались мои компенсации в случае проигрыша. И стояла такая сумма, что я при всем желании и скромности не смогла бы от нее отказаться.

Я все же для порядка изобразила некоторую задумчивость, а затем поставила размашистую подпись рядом со своей фамилией. Тоби задумчиво посмотрел на мою закорючки и поинтересовался:

– Скажите, а вы Льву Лазарину кем доводитесь?

– К сожалению, я никогда не была знакома с собственным отцом. Все свое детство провела в детском доме, в связи с чем не знаю никого из своих родственников.