Удар под ребра

Назвать его полным было нельзя, но живот слегка выдавался вперед, обтянутый не первой свежести белой футболкой.

– Я сама донесу.

– Вы очень недружелюбная, улыбнитесь, а?

– Зачем?

– Да просто так, для себя, не для меня же. Наверняка улыбка идет вам куда больше, чем суровость.

Сама не зная почему, я повиновалась – не специально, просто вдруг почувствовала, как уголки губ сами собой ползут вверх. Я редко улыбалась незнакомцам.

– Вот, так я и думал! – возликовал парень. – Выглядите великолепно! Честное слово, от души.

– Я и так в курсе, что вы не врете, – пробормотала я.

– Серьезно? Это видно?

– Нет. Чутье.

– Хорошая интуиция? Разбираетесь в людях? Что обо мне скажете?

– Лучше вам не знать. – Я потянулась за своим пакетом, который уже каким-то чудом оказался у него в руках.

– А я думаю, знать всегда лучше – ненавижу, когда от меня что-то скрывают.

– Я тоже. – Зачем я это сказала?

– Видите, вы меня понимаете, – обрадовался он. – Давайте так: я несу до дома ваши кирпичи, а вы рассказываете мне свое первое впечатление обо мне.

– Ага, а потом, зная, где я живу, вы будете караулить меня возле подъезда по утрам, тащиться следом до самого института и позорить меня перед однокурсниками, – вырвалось у меня.

«Позорить». Бедный парень. Он не красавец, конечно, но зачем было ему грубить? Да и с чего я вообще так разболталась?

– Караулить? Какие фантазии, с чего вы взяли, что у меня столько свободного времени? – Он хохотал, будто я произнесла что-то невероятно смешное, хотя должен был, по идее, оскорбиться и ретироваться.

– Меня это не интересует. Просто оставьте меня в покое, – рубанула я (так-то лучше).

– Я и не планировал вас беспокоить. Помогу дотащить вещи, полюбуюсь еще немного вашей улыбкой – где она, кстати? – и исчезну. Вы уже скрасили мой день. А насчет первого впечатления – как хотите. Думаю, я и так понял.

Он продолжил путь вровень со мной – к моему удивлению, молча. Я размяла уставшую и испачканную краской с пакета руку и неожиданно для себя спросила:

– А почему ходить в банк – не женское дело?

Парень отозвался охотно и многословно:

– Такие заведения строились не для юных девушек, а для унылых клерков, офисного планктона.