Сквозь время. Книга третья

Каждый из них сделал шаг вперед, навстречу друг другу.

Воздух накалился. Мне захотелось отойти подальше, чтобы не задело. Но нельзя. Только не сейчас.

О, как все не вовремя!

Я глубоко вдохнула и громко сказала:

– Эшли, это лечащий врач Эвена.

– Алексей Петрович, это моя сестра. Она иностранка, живет в Лондоне.

Я улыбнулась последней фразе. Наверное, нашей семье на роду написано, колесить по всему миру: мама и папа, я и Эвен, а теперь Эшли и Алексей. Ведь с первого взгляда на них понятно. Это любовь.

Они подошли ближе друг к другу, почти оправившись от первой встречи.

– Приятно познакомиться, – Эшли, улыбаясь и протягивая руку, заговорила по-русски с легким акцентом.

– Ты так хорошо говоришь по-русски??? – я вновь чуть дар речи не потеряла.

– Эээ, кажется да.

Эшли удивилась не меньше моего. Алексей тактично сделал вид, что не обратил внимания на наше удивление.

– Мне тоже приятно, – ответил он, протягивая руку.

Рукопожатие затянулось. Повисла неловкая пауза.

– Эшли, нас Вера ждет, – напомнила я, чувствуя себя сконфуженно в почти интимной ситуации.

– Да, я помню, – она грустно вздохнула и обратилась к доктору, не выпуская руки. – И вам тоже пора. Смена закончилась, дома семья ждет.

Очень завуалированный вопрос. С таким же успехом можно было просто спросить: «Ты женат?». Я мысленно рассмеялась.

– Меня дома ждет только кошка. Я живу один.

Очень завуалированный ответ. С таким же успехом можно было просто ответить: «Дорогая, поехали ко мне».

– Тогда до встречи, – сияя, пролепетала сестра.

– Мой телефон у вас есть, – сказал Алексей, смотря на меня, но больше обращаясь к Эшли.

Она согласно кивнула, не переставая улыбаться. Мы вышли из палаты. Доктор пошел в ординаторскую.

Идя по коридору, я посмотрела на сестру. Улыбка застыла на губах, вид совершенно отрешенный.

– Это любовь. Да? – переспросила я.

– Оля, это он! Именно он!

Она восторженно пританцовывала, улыбалась, жмурилась и не смотрела под ноги.

С грустью потому, что сейчас любовь Эшли совершенно некстати. Столько всего произошло, и сколько еще произойдет. Сейчас нужна трезвая голова. А у нас она теперь в розовых пампушках и пушистых зайчиках. Я потеряла солдата в своих рядах.

С восхищением потому, что настоящие чувства в жизни не всегда бывают. Ну, и ладно, что некстати! Подходящее время нельзя запланировать.