Сквозь время. Книга третья

А лет мне гораздо больше тридцати. Ведь, как я понимаю, различия идут, начиная с тех времен.

– Да, но не спеши радоваться, – я точно знала, о чем говорю. – Мыслительный процесс очень сложный и почти неконтролируемый. Когда ты хочешь что-то рассказать, то вначале думаешь, формулируешь предложения. Здесь так не получится. Мысли мчатся единым потоком. Человеку тяжело сконцентрироваться на чем-то одном, мы думаем обо всем и сразу. Особенно это касается воспоминаний. Никто и никогда не обращает на это внимания, так как наши мысли сокровенны.

Аманда внимательно выслушала то, что я сказала. Подумала немного, а затем улыбнулась и ответила:

– Оля, конечно, ты увидишь много моментов, о которых говоришь. Но повторюсь. Если я буду рассказывать с самого начала, то мы даже через неделю не закончим.

– Спасибо, люблю тебя.

Моя благодарность не знала границ. Я крепко прижалась к ней, она ответила на объятия.

Я уже собралась с головой окунуться в прошлое, но нас прервал голос Эшли, о присутствии которой я ненадолго забыла.

– Стоп, – обиженно возмутилась она. – А я? Я тоже должна знать, что было раньше!

– О, прости, – я виновато посмотрела на нее, а затем на Аманду. – Ты же не против?

– Разве я могу отказать родной дочери, – она ласково посмотрела на нас. – Что мне нужно делать?

–Вообще-то ничего.

Мы взялись за руки. Я постаралась максимально сконцентрироваться и коснулась ее разума. Уже после пары секунд нашего мысленного общения я была приятно удивлена. Теперь чтение мыслей дается намного легче, точнее совсем без затруднений. А это говорило лишь о том, что мое перевоплощение состоялось в свой срок.

– «Ну, хоть какая-то плюшка в новом кошмаре!» – я мысленно порадовалась данному открытию.

Новое прошлое

Свой рассказ Аманда начала из далекого прошлого, когда меня и Эшли еще даже в проекте не существовало.

Аманда совсем маленькая, бабушка и дедушка молоды. Они живут в доме, где я однажды познакомилась со своими неизвестными родственниками. Между ними чувствуется любовь. Для меня это было самое настоящее откровение. Ведь я ничего не знала о дедушке, о том, каким он был. Мы его никогда не обсуждали, только в общих чертах.

Родилась моя мама.